— Твоя молитва услышана, мама.
Казалось, прошла целая вечность. Как во сне стали возникать какие-то образы, затем появились представления о предметах. Перед глазами проходили сцены каких-то событий, рождающих чувство дежавю. Затем вдруг сплошное белое марево, из которого постепенно вырисовывалась окружающая действительность. Володя лежал на земле, в высокой траве, на том самом месте, где потерял сознание. Тело пронзила острая боль. Сильно, очень сильно пекло грудь и правую руку. Судорожно скрюченными пальцами Владимир расстегнул куртку и быстро задрал к подбородку свитер и рубашку. Его глаза округлились от увиденного, дыхание сбилось. Частички того самого аномального предмета, что он держал в руках, не то плавились, погружаясь в его тело, не то в нем растворялись, принимая его цвет и структуру.
-//-Киев. 20 апреля 2006 года. 16:10
Чиновник среднего ранга принял факс и не глядя, послал файл на печать. Цветной лазерный принтер зашумел механизмами, готовясь воспроизвести оцифрованный документ. Чиновник посмотрел на часы. — Скоро, скоро час икс и я в блаженстве покину этот сраный офис. Хочу домой! Принтер выдал около дести листов и умолк. Потянувшись на кресле и сладко причмокнув, он вспомнил вчерашнюю вечеринку, и с ленцой прошелся к лазорнику. Просматривая распечатанные листы, его лицо становилось все более хмурым. Ему грустно подумалось, — пожалуй, я сегодня домой не попаду. Хлопнула дверь кабинета. Бегом по коридору и направо лестница на второй этаж. Скорые шаги по ковровой дорожке, дверь приемной и…
— Шеф у себя!? Секретарь, демонстративно положила в рот конфетку. — А что ты такой взъерошенный, Борюсик? Прямо лица на тебе нет.
— Что-то в последнее время сильно суетно становится. Ну, так что там с шефом?
— У себя. — Девушка открыла зеркальце и заглянула в него.
— Можешь перышки не чистить, сегодня мы домой не попадем. — Ехидно заметил собеседник и быстро скрылся за дверью в кабинет начальника.
Крупный государственный чиновник, хмуря брови, вчитывался в содержание факса и внимательно рассматривал распечатки спутниковых снимков. Затем вдруг вспомнил о присутствии подчиненного и поднял взгляд на своего коллегу.
— Я объявляю тревогу по министерству. Сообщить всем, в пять часов состоится коллегия. Будут присутствовать; президент и премьер министр. Тема, — он на мгновение задумался, — угроза, исходящая от Зоны отчуждения. Явка, строго обязательна. Опустив глаза, его взгляд снова побежал по массиву сообщения.
«… инициированная Министерством Чрезвычайных Ситуаций спасательная операция, не смотря на все принятые меры предосторожности и использования приборов, созданных по новейшим технологиям, потерпела крушение, и прорваться к центру Зоны не смогла. Операция совпала с внезапным воздействием неизвестного ранее феномена, мощного энергетического выброса». «Колонна из трех БМП, двух БТРов и дести автобусов спецтранспорта углубилась в Зону отчуждения на четыре километра и попала под мощное воздействие неизвестного излучения. На базу смогла вернуться, только бронетехника. Все кто находился в автобусах спецтранспорта, либо погибли, либо сошли с ума, что в условиях Зоны, равносильно гибели. Детали уточняются. Вернувшиеся люди и бронетехника, находятся на карантине…»
-//-Новая Зона отчуждения. 20 апреля 2006 года. 16:45
Здание автовокзала встретило Владимира пугающей пустынностью и тишиной, в которой гулко отражались от стен его шаги. Остановившись посреди зала, он осмотрелся. Меж двух окошек кассы, на стене контрастно чернела надпись, из нескольких строк. Подойдя ближе, Володя прочел послание, кем-то начертанное маркером.