— Луиза переслала мне запись твоего разговора с Басаврюком, — не став тянуть с разговором, проговорил отец. — Сначала я прослушал её один, а потом вместе со своим силовым крылом. Важно было услышать их мнение. Обсуждали эту проблему долго, почти до утра. Сам понимаешь, что мне пришлось поднимать старые связи, выяснять кое-какие детали о канцлере… Басаврюк никогда не станет брать на себя ответственность и обещать то, что Шуйский не станет выполнять. Значит, с его стороны тоже шло серьёзное обсуждение, и подобное предложение — не экспромт. Аналитики сделали вывод, что Галкин появился в Уральске ради твоей головы, но исключая силовое решение. У него чёткий приказ: наладить с тобой контакт, сгладить острые углы, появившиеся из-за идиотизма графа Татищева. Приглашение в Москву — это часть плана. У Шуйского действительно очень большая проблема с младшим сыном Григорием. Поэтому он и пытался с помощью ритуала победить болезнь княжича.
— Не факт, что всё обстоит именно так, — я разломил пополам кусок осетрины и попробовал нежное мясо. — Басаврюк скрывает некоторые детали. Тебя разве не беспокоит ситуация с ликвидацией дворянских родов, у которых есть Алтари с Оком?
— Да, проблема существует, — кивнул отец. — Но сейчас речь не об этом. Нужно решить ситуацию с симбионтом. Учитывая момент, что он подселился не по твоему желанию, никакого сожаления с его расставанием у тебя не должно быть.
— Субботин — боец, каких мало, и нам он пригодится, — возразил я. — Ты поступишь правильно, если найдёшь ему клона…
Ещё подумалось, что с майором мы не то, чтобы прямо подружились, но как-то сошлись характерами. Может, и в самом деле нам стоит попрощаться друг с другом, пока симбиоз не зашёл далеко. Майор выслушал мои мысли и поблагодарил за откровенность. Он и сам думал о подобном.
— Этот вопрос мы уже обсуждали. Для разделения ваших душ необходим подготовленный клон, желательно, выращенный из клеток самого майора, — заметил отец, отвлекая меня от размышлений. — У нас его пока нет.
— Возьмите моего клона, — усмехнулся я. — Субботин уже адаптировался к моему организму, и, возможно, ему будет комфортно существовать в реплике.
Отец посмотрел на чародея. Кузнич с задумчивым видом наложил себе в тарелку салат, обдумывая ответ.
— Теоретически, такую операцию провести можно, — сказал он, вертя вилку в руке. — Проблема в юридическом аспекте. Ведь тогда мы получим двух Михаилов Дружининых. Одного — настоящего, второго — как взрослую копию с большим жизненным опытом. Но как тогда отреагирует Шуйский? Он будет считать себя обманутым, и вот тогда весь его гнев точно обрушится на ваш Род, Александр Егорович.
— Да так и будет, — вздохнул Прокл и положил на кусок хлеба тонкий пласт буженины. — Канцлер никогда не забывает обид. А учитывая его неограниченные возможности, на нас направят всю бюрократическую машину государства. Причину найдут. Если отобьёмся, начнётся война.
— Разве не для этого ты со своими партнёрами создал проект «Ангел»? — я понял, что вопрос с передачей симбионта Шуйскому решён, и теперь предстояло уговорить меня.
— Проект нужен для защиты от конкурентов, но не для войны с имперской армией, — поморщился отец.
— И ты предлагаешь мне совершить обмен: симбионта на лояльность Шуйского? — я начал наливаться злостью. Папаша мог бы сделать вид, что поддерживает меня!
— Только в случае абсолютных гарантий, — кажется, отец понял, что перегнул палку. — Иначе я тебя не отпущу в Москву.
— Ну, хоть какая-то ясность, — остывая, пробурчал я и ополовинил стакан с морсом.
— Михаил, тебе не стоит обвинять отца, — покачал головой Ильхан. — Мы обсудили множество вариантов, которые устроили бы обе стороны. Но какой в них толк, если неизвестна позиция Шуйского. Это лишь первый шаг. Сегодня вечером Александр Егорович встречается с Басаврюком, чтобы дать ответ на предложение. Нам нужно выслушать твою позицию.
— Нашу позицию, — исправил я Ильхана. — Субботин, как бы, тоже заинтересованная сторона. А что, если Шуйские захотят использовать его в неблаговидных делах? А что, если его направят на нас же, чтобы заполучить родовое Око Ра? Не зря слухи ходят о желании канцлера уничтожить все Алтари новых дворян, вернуть влияние аристократии…
— Если князь Шуйский начнёт вырезать промышленников, куда скатится Россия? — проворчал чародей. — Аристократы никогда не были становым хребтом Империи. Всю тяжесть тащили на себе крестьяне, купцы, трудовой люд. А эта белая кость только по балам разъезжала, да калечила друг друга на магических поединках.