— Удивился, что в твоей России есть право на наложниц…
— Только у старой аристократии, — сразу же ответил я. — И не больше трёх официальных.
— Допустим. Странно, почему Романовы, если они до сих пор находятся у власти, допустили подобную систему взаимоотношений между мужчинами и женщинами. В моём мире обычай многожёнства существовал до шестнадцатого века. Только тогда церкви удалось достичь серьёзных успехов во внедрении моногамии. А здесь, получается, священники поощряют князей иметь несколько женщин, пусть даже большинство из них — наложницы?
— Трудный вопрос, в самом деле, — то и дело кидая взгляд на едущий за мной микроавтобус, после недолгого молчания ответил я. — В твоём мире есть магия?
— Знаешь же, что нет.
— Вот тебе первая причина. У нас, как ты заметил, она существует и очень сильно влияет на жизнь общества. Настоящая магия, основанная на родовом пестовании природных Стихий, зародилась на Руси очень давно, ещё до её крещения, да и по всей Европе она стала быстро распространяться со Средневековья. Церковники вынуждены были принять магию, как основу существования цивилизации. Что бы они сделали? Пошли воевать против одарённых? Да их раскатали бы в тонкий блин! Поэтому Святая Церковь поступила мудрее. Она приняла концепцию магического искусства как основу государственности. Ведь власть даётся Богом. А кто на земле является его последователем? Высокородные, с голубой кровью. Аристократии подобная концепция понравилось. Путём взаимных уступок Церковь и князья достигли мира и взаимопонимания.
— И что кому досталось? — не вытерпел Субботин, когда я замолчал.
— Церковь выбила для себя привилегию принимать в своё лоно для служения Богу одарённых дворян и мещан, если таковые обнаруживались. Проще говоря, начали формировать Святое войско.
— Нехило, — хмыкнул майор — Чародеи на службе Церкви?
— Да. Так и есть. Можешь смеяться, но боевые монахи — одно из самых сильных и обученных спецподразделений в России. Конечно, у них иные задачи, в дела государства они не вмешиваются, но когда дело касается тёмного чародейства или опасности призыва демонических тварей, то лучше их никто не справится.
— А что получили аристо?
— Как раз одним из требований князей было право на многожёнство. Церковь упиралась долгое время, но потом всё же с некоторыми ограничениями разрешила оппонентам иметь несколько жён, если есть опасность исчезновения Рода и переворачивания герба. Или княгиня не может родить наследника, — я усмехнулся. — К примеру, женился аристократ, а супруга ему только дочек рожает. Он приводит в дом вторую жену. История повторяется. Остаётся в третий раз идти под венец. Таким образом хотели решить проблему бастардов у высокородных.
— Серьёзно? — хохотнул майор. — Не гонишь?
— С чего бы? Правда, такие случаи довольно редки. В большинстве обходились двумя жёнами, — не сдержавшись, я улыбнулся. Действительно, забавно. Только не для князя Хохолкова. Такой случай произошёл лет двести назад. Даже в учебниках юриспруденции есть целый параграф, где он упоминался, как раз в отношении разрешённого многожёнства.
— А сейчас?
— Сейчас практически все имеют одну жену и трёх наложниц.
— Любовниц…
— Да какая разница. Князь, выбравший себе хоть одну наложницу, должен подписать с ней контракт, в котором дотошно прописываются все права и обязанности сторон. Князь гарантирует женщине хорошее отношение, финансовую поддержку, защиту от посягательств на честь и достоинство, а в случае рождения детей, если не признает их наследниками Рода, то обязан поддерживать их, как тех, кто был рождён от официальной жены. Или обеспечить хорошим капиталом.
— Но они же всё равно считаются бастардами?
— Да. Только я бы посмотрел на того, кто осмелится бросить им в лицо такое обвинение. Сразу же дуэль до смертоубийства. Понимаешь, майор, есть бастарды «официальные», а есть настоящие, кого аристо нагулял на стороне. Но и с теми я бы не советовал сталкиваться. Кровь одарённого может проявиться самым неожиданным образом.
— Значит, только княжеским Родам позволены такие вольности?
— Да.
— Не светит тебе многожёнство, — ехидно заметил Субботин.
— Почему? Если получу княжеский титул, сразу же начну искать себе подходящую жену и наложниц, — отшутился я. — Забыл сказать! Наложницами могут быть весьма высокородные дамы, дворянки. И таких случаев немало. К примеру, попала боярышня в трудное положение, осталась сиротой и с родительскими долгами на шее, а кредиторы не спят, чуть ли не ежедневно обрабатывают психологически. Некоторые в петлю лезут, а кто-то упорно ищет возможность стать наложницей, потому что понимает: это шанс выжить.