Ростоцкий слушал Басаврюка с каменным лицом и изредка вертел шеей, как будто накрахмаленный воротник рубашки душил его. Претензии Галкина он считал надуманными. Да, Род Ростоцких держит Уральск в крепких руках, и зачастую эти руки — криминальные. Например, тот же Сафар выполняет «грязные» поручения, которые влияют на сговорчивость землевладельцев, чьи участки заинтересовали Германа Исаевича. Ведь «Аквафина» уже давно не просто завод по выпуску минеральной водички, а крупный концерн, включающий в себя агропромышленный комплекс и строительный бизнес. Новые земли застраиваются красивыми домами, радуя взор горожан, прибыль растёт. Разве без криминала можно достичь высот? Увы, по-другому не бывает. А с контрабандистами должна бороться полиция, казаки и егеря-пограничники.
Этого он не сказал Басаврюку, боясь потом нарваться на гнев Шуйского. Это не император, старающийся вникнуть в проблему. Канцлер действует по принципу «лес рубят — щепки летят». С ним очень трудно отстаивать свою точку зрения и искать компромисс.
— Я вас ни в чём не обвиняю, Герман Исаевич, — мягко проговорил Басаврюк. — Не в моей компетенции переваливать проблему с одних плеч на другие. Вы в губернии — уважаемый человек. О вашей семье отзываются благожелательно. Да, критика существует, но, скажем так — мягкая. Больше для терапии, — секретарь улыбнулся и увидел входящую в гостиную очень красивую девушку в платье из голубого атласа. Ткань передавала все изгибы молодого тела и будоражила мужскую мысль. Басаврюк, никогда не имевший семьи, почему-то всегда мечтал, чтобы у него была дочь-красавица, а не оболтус-сын. Но судьба распорядилась таким образом, что Тимофей посвятил свою жизнь служению канцлеру, тихо любуясь расцветающей красотой княжны Натальи Александровны. Эта любовь была возвышенной, спокойной, эстетической. Отцовской.
— Моя дочь Алла, — представил Ростоцкий девушку, когда она подошла к беседующим мужчинам. — Это господин Галкин, Тимофей Матвеевич, секретарь князя Шуйского.
Басаврюк уже был на ногах. В силу своего возраста он рассматривал молодую девушку как художник, рисующий позирующую модель, как бесстрастный охотник на дичь через прицел ружья. Потому что именно эта девушка должна была стать связующим звеном между ним и Михаилом Дружининым. Про Аллу Ростоцкую он тоже заранее узнал, как от графа Татищева, так и из социальных сетей.
Она не стала подавать руку для поцелуя или рукопожатия, уловив важное. Этот старик — всего лишь Слуга, пусть и при советнике императора. Но улыбнулась, когда Басаврюк склонил голову.
— А мне сказали, в доме гости, — пояснила она своё появление перед мужчинами. — Вот, решила полюбопытствовать… Не буду вам мешать…
— Останьтесь, Алла Германовна, — неожиданно для девушки произнёс Басаврюк. — Очень хорошо, что вы здесь. У меня к вам просьба.
— Вот как? — не скрывая удивления, Алла присела на диван, огладила ткань платья на коленях. — Звучит интригующе.
— Вы знакомы с неким Михаилом Дружининым?
— Знакома, — подтвердила девушка. — Он сын известного оренбургского магната Александра Егоровича Дружинина. Сейчас учится в нашем университете. Имела возможность с ним встречаться. Миша произвёл на меня хорошее впечатление.
— В Оренбурге я имел возможность разговаривать со старшим следователем губернского департамента полиции господином Мирским. Он поведал весьма неприятную историю, в которую попал Михаил.
— Да, молодого человека как будто сглазили, — задумчиво проговорил Ростоцкий. — Обвиняли в убийстве нескольких человек в Оренбурге. А в Уральске его самого не единожды пытались убить. И ведь не скажешь по Михаилу, что он какой-то антисоциальный элемент, психопат или ещё хуже — маньяк.
— Папа! — воскликнула Алла с возмущением. — Ты же не знаешь его, зачем сгущать краски? В Оренбурге на него напали, хотели убить.
— За что? Ведь должен же быть мотив!
— Может, хотели отомстить Александру Егоровичу! — не сдавалась Алла, совершенно искренне защищая молодого Дружинина. — Конкуренты, бандиты — да мало ли причин для убийства сына крупного промышленника!
— Сейчас это не имеет никакого значения, — Басаврюк остановил зарождающийся спор. — Его Светлость князь Александр Шуйский дал мне задание разобраться в ситуации с похищением девушек. Полицию решено не привлекать, так как есть подозрение в коррумпированности некоторых её сотрудников. Поэтому основную роль должен сыграть Михаил Дружинин.