Выбрать главу

Я сидел и читал очередной учебник по органической химии. Данный предмет давался мне хуже всего и вызывал стойкую неприязнь, разумеется, по законам Мерфи, химия была чуть ли не базисом всей молекулярной биологии и знать её нужно было на очень приличном уровне. Так что добрый доктор Менгеле, как я ласково стал называть Курта, (он сильно возмущался таким сравнением и недоумевал — за что это его так, когда же узнал, что за бесчеловечное обращение с бедным жив… э-э-э… биологическим оружием, ну оч-чень недобро усмехнулся и поведал, что это ещё не бесчеловечное обращение, но раз я так настаиваю… и стал задавать на изучение ровно в два раза больше, причём мои мольбы о пощаде остались совершенно безответными…), завалил меня целой кучей дополнительной литературы, которую я должен был освоить всего за (быстрый взгляд на часы) четыре с половиной часа, что осталось до прихода моего муч… учителя.

Я читал этот долбанный учебник, пытаясь вникнуть во все эти хитросплетения бензольных колец, катализаторов и прочей жути, когда меня накрыло. При чтении я впал в состояние, чем-то похожее на транс. Хотя на мой взгляд ему бы больше подошло название полубоевого режима — с одной стороны сознание начало становиться кристально чистым, мысли выстраивались ровными шеренгами, но с другой — эмоции-то тоже никуда не девались. Я смотрел на учебник и ловил себя на том, что знаю, что написано в следующей главе, хотя ещё даже не открывал её, более того, я не просто знал, но и понимал, как и зачем проходят описанные в книге реакции. Моему удивлению не было предела (именно так я и понял, что эмоции остались). Столь яркое чувство нарушило концентрацию, в результате чего, меня выбило из транса.

— Ох, что это было? — я тряхнул головой, подмечая, что начинаю всё чаще задавать себе этот вопрос.

Такое чувство, будто я уже когда-то читал этот учебник, но как? И тут до меня дошло — Паркер! Он был ассистентом Дока, и скорее всего, изучал ту же программу. И ведь раньше ничего подобного я за собой не замечал… Угу, но даже самый мощный комп не может обработать большой массив данных мгновенно, а тут речь идет о почти 25 годах жизни, включая в себя не только "картинку и звук", но и запахи, тактильные ощущения… да кучу всего!

И что, теперь я смогу свободно ориентироваться в генетике, используя опыт Питера, весьма неглупого парня, между прочим? (Опустим, что в бытовом плане-он частенько бывает полным пнём и даже валенком.) Ага, как же, держи карман шире! Я действительно мог выкопать из своих воспоминаний кучу прочитанных Пауком учебников… вот только к пониманию того, что же именно там написано я не приблизился ни на шаг — их всё также приходилось читать, хотя и "с памяти". Но как тогда я умудрился постигнуть суть первой книги?

Вменяемой версии у меня не было, поэтому я решил сегодня добить заданный материал, а утром, когда придёт Коннорс, осчастливить его новым фортелем моего организма…

Результат… Курт был в восторге и битый час вытряхивал из меня подробности событий, вплоть до того, о чём я думал, где сидел, на каком месте главы меня накрыло (хорошо ещё от вопроса, откуда в Симбе есть память о весьма специфической литературе удалось отвертеться, прикинувшись шлангом). Примерно неделю мы убили на выдвижение, опробование и разочарование в различнейших теориях, от подключения к ноосфере Земли, до открытия третьего глаза и пробуждения пророческого дара (мол знания — от меня будущего, который эти книженции уже прочитал). И только через неделю показались первые результаты. Вся соль оказалась в ассоциативных цепочках — поскольку Веном имеет абсолютную память, он не мог держать все знания в "оперативке", поэтому большая часть знаний хранилась в «долгой памяти», правда полностью уничтоженной моим вселением, впрочем, это сейчас не важно. Так вот, вся память, добытая "захавыванием" автоматически отправлялась именно в «дальний ящик», в то время как в жизни пользоваться можно было только "оперативкой". Но благодаря ассоциативным связям, нам удалось прикрепить некоторые воспоминания из «долгой памяти» к "оперативке". Нет, халявы не получилось, но процесс обучения ускорился на порядок.