Снова этот теплый, по-доброму снисходительный взгляд взрослого на ребенка.
— Лэйра, ни запах крови, ни вонь разложения, которыми пропиталась ваша одежда, не способны перебить ваш природный аромат. Как и вкус вашей энергии, ее мощи. Подобного я не ощущал еще ни от одной благородной Лэйры до вас. Даже главы родов и кланов не могут похвастать чем-то подобным. Вы очень сильны энергетически, а это неоспоримый признак высшей крови.
Я принадлежу одной из высших рас? Уже неплохо. Наверняка это лучше чем переместись я в тело представительницы низшей расы. Да и сила лишняя не будет. Значит Лэйра это обращение к благородной женщине. Помнится и Марэк меня при первом нашем общении назвал. При втором, если брать в расчёт попытку изнасилования. А что тогда значит…
— Леди. Кэп и его люди называют меня Леди. Это что значит?
Наверное то же, что и на Земле. Но спросить нужно было, а то мало ли… И я не ошиблась.
— Леди, это обращение представителей низших рас к благородной носительнице высшей крови.
Значит люди здесь приравнены к низшим расам. И в мыслях Молди кажется упоминала, что родом с планеты-свалки. Весело тут живет мое родное человеческое племя, ничего не скажешь!
— Кроме того, есть ещё кое-что, что отличает вас от настоящей Куклы. Взгляд. Ваш взгляд живой, он полон огня. В нем плещется ум. А глаза куклы… Они хоть и также красивы, но пусты, безжизненны. Как яркое цветное стекло. Кроме того, у вас очень яркая мимика. Возможно вы не замечаете, но когда вы удивлены, то приподнимает слегка левую бровь. Когда вам смешно, даже если вы пытаетесь это скрыть, левый уголок ваших губ дёргается вверх. Совсем чуть-чуть, но заметно. Когда вы злитесь, то ваши глаза сужаются, и взгляд становится холодным, меняя цвет глаз с насыщенного фиолетового на светло-сиреневый. Когда о чем-то усиленно думаете, то прикусываете изнутри левый уголок нижней губы. Кукла же лишена подобного. По этой, лежащей перед нами в дезактивированном состоянии, не видно, но их лица больше напоминают маски. Да, они способны улыбаться, но делают это механически. С улыбкой настоящей женщины, вашей улыбкой, живой, тёплой, невозможно спутать.
Я задумчиво смотрела на Глэвиуса. Пока он говорил, у меня в голове формировалась идея. Дикая, безумная, но… осуществимая. Что если, хотя бы первое время, мне выдавать себя именно за нее, за настоящую куклу. Куклу принадлежащую, к примеру, тому же Глэвиусу? Я же вроде как нелегал, к тому же наличие симбионта мне нельзя светить. А он, судя по всему, богатый и влиятельный в своих кругах мужчина. Чем не выход на первое время, пока не получится легализоваться здесь? Правда симбионт как то странно среагировал в прошлый раз на мои мысли про эту самую легализацию. Да и придется терпеть потребительское отношение к себе окружающих мужчин. Но это стерпеть можно, главное чтобы от слов не переходили к делу. Нужно подумать о способах обезопасить себя на этот случай. У меня конечно есть Раш, но опять же не уверена что можно им светить. Судя по реакции на его появление остальных, делать это стоит лишь в крайнем случае. Остаётся надеяться, что тут в ходу неприкосновенность чужой собственности. Хотя снова быть чьей то собственностью, пусть и на словах, пусть и для прикрытия всего лишь… Эх! Но если будет нужно, раздумывать не буду. Вариант с куклой действительно стоящий. Кстати, возвращаясь к разговору с Глэвиусом…
— Вы так уверенно говорите о различиях, Глэвиус. Мне так кажется, что с этими куклами вы знакомы не понаслышке. Приходилось иметь дело?
Глэвиус, улыбаясь, покачал головой.
— Не так близко как вы думаете, Лэйра. У моего старшего сына, Грэма, чью ритуальную рубашку вы на себя одели, была такая кукла пятой модели. Я подарил ему ее на совершеннолетие.
Ничего себе подарочек сыночку! Но это в принципе не моё дело, хотя…
— Получается, что случайная невеста вашего сына, ваша невестка и почти дочь похожа как две капли воды на андроида удовольствия, которого вы вашему сыну и подарили. Ирония судьбы какая-то или насмешка. Не находите?
— Вы правы. Интересное совпадение. Грэму, с его чувством юмора, оно бы понравилось…
На последних словах в голосе Глэвиуса проскользнула горечь, которую он не смог сдержать.
Еще нескоро ему станет легче, ох не скоро. Время действительно хороший лекарь, но в таких ситуациях оно ползёт подобно улитке, заставляя тебя раз за разом вскрывать собственные кровоточащие раны каждым воспоминанием, каждым звуком родного имени.
Вздохнув, стала задумчиво рассматривать лежащую передо мной девицу. Мне было элементарно любопытно. Ведь о своей новой внешности я знаю только с картинок Симбионта. На этом корабле с зеркалами оказалась напряжёнка, да и смотреться в них у меня было не особо много времени. А сейчас я могла рассмотреть новую себя посредством механического двойника. И увиденное мне совершенно не нравилось!
Начнём с того, что передо мной лежала даже не девушка, а девчонка, судя по виду только-только перешагнувшая подростковый возраст. Лет шестнадцать — семнадцать максимум. Мне казалось в видениях симбионта я выгляде старше…
Дальше…
Высокая и… очень фигуристая. Мой взгляд завис в районе груди, обалдело изучая верхние девяносто. Я даже пониже наклонилась, чтобы убедиться, что это не какой-то странный зрительный эффект. Со стороны я наверное выглядела извращенкой, пускающей слюни по особи одного со мной пола. А на деле…
Какие там слюни! Я в шоке была! Если у меня как у нее, то мне никакая паранджа не поможет! Только если чехол от автомобиля на себя нацепить! Какой там третий размер! Верка Сердючка, тихо стоя в сторонке, посасывает засунутый под язык валидол, чтобы успокоить разошедшееся в приступе зависти сердце! Мне и самой валидольчику захотелось, но я, сголотнув, мужественно продолжила осмотр.
Большая, ооочень большая грудь на удивление плавно переходила в тонкую, почти осиную талию, а затем в крутые бедра и очень длинные, буквально от ушей, ноги. А на ногах…
Я нервно хохотнула. Как в воду глядела. Сапоги оказались именно такими, какими я их себе и представляла. Такого же серебристого цвета как и комбинезон, высокие, лакированные, на высоченных шпильках и с гигантской, убийственной просто, платформой.
Вернула взгляд на лицо. Ну что тут скажешь… Как-то в одном из фильмов я услышала интересную фразу, которая мне запомнилась. Что идеал женщины для мужчины, внешне я имею ввиду, это женщина с лицом ангела и фигурой богини. И в принципе я с этим утверждением, путём многочисленных жизненных наблюдений, была склонна согласиться. Но, как оказалось, всё можно извратить. Сейчас передо мной лежала несколько пошловатая, извращенная версия этого мужского идеала женской красоты. С ангельским личиком несовершеннолетней девчонки и фигурой прожжёной богини порноиндустрии.
С трудом, но задавила на корню совершенно не нужные сейчас эмоции, присмотрелась к лицу. Нежный овал, что называется "сердечком"… Тонкие, почти черные брови… Аккуратный маленький нос… Красивая форма губ. Большие, судя по всему, глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц. Цвет не узнать, так как глаза закрыты. Но сдаётся мне, что они такого же фиолетового цвета как и у меня сейчас. И все это в обрамлении сияющей копны густых, шелковистых даже на вид белокурых волос, рассыпавшихся вокруг головы каскадом упругих кудрей и невероятно эффектно смотрящихся на фоне чёрного бархата.
Неужели я такая?!?
Оглядевшись по сторонам, шагнула к кораблю головоногих, рядом с которым мы стояли, и вгляделась в его сияющую поверхность.
Кто-то скажет, что внешность это не главное, особенно в моей ситуации. Главное, что жива. Я соглашусь, но лишь отчасти. Для женщины внешность всегда будет важна, даже если она по каким-либо причинам утверждает обратное. Я не испытываю радости от осознания того, что мне придется жить в облике ангельской шлюхи, как бы грубо это не звучало. Но дарёному коню как говорится… И я буду жить с тем, что теперь имею. Но почему-то мне кажется сейчас, что в видении симбионта я выглядела очень похоже, но всё же несколько иначе?