Красивая, с забранными наверх светлыми волосами, закутанная в длинный объемный халат, она выглядела… нездорово. Щеки окрашивал неестественный румянец, глаза блестели лихорадочным огнём, а под ними залегли глубокие тёмные круги. Казалось, она работала на износ — возможно, ночные смены или тяжелые потрясения. Её поза выдавала усталость: плечи слегка опущены, пальцы нервно барабанят по столу. Это навело на мысль, что нужно выяснить причину переезда семьи в Зеленую Зону. Просто так из купольных мегаполисов спонтанно не перебираются на окраину в доцифровое жилье. Обычно это активисты увлеченные эко идеями. Но Мия постоянно демонстрирует пренебрежительное отношение к здешним порядкам и образу жизни. Так что версия с добровольным переездом ради экологии явно не подходила.
— Здравствуйте, миссис Пелес. Я Ник, — поздоровался я.
Она подняла взгляд — но будто смотрела мимо меня, думая о своем.
— Можно просто Фиона. Присаживайся, — небрежно махнула она на стул напротив, голос звучал слабо и отстраненно.— Мы очень любим, когда к Мие приходят друзья.
Мия поставила передо мной чашку с дымящимся кофе. Сама она продолжила хлопотать: раскладывала столовые приборы, доставала из шкафа хлеб, время от времени бросая на меня короткие взгляды. Было видно, что она старается сохранить видимость обыденности, но в её движениях сквозила напряжённость.
— Мама, ты опять ничего не ешь, так нельзя, — мягко, но настойчиво произнесла Мия, бросая обеспокоенный взгляд на мать.
— Не волнуйся, доченька! — звонко захохотала миссис Пелес. Её внезапный переход от уныния к безудержному веселью выглядел совершенно неестественно — Папа жарит барбекю! К нам сегодня придут гости — Томпсоны, Сноу, конечно же, и мисс Мотей. Ты помнишь мисс Мотей, дорогая? Она подарила тебе того милого пони, — её голос звенел, словно она пыталась убедить не столько дочь, сколько саму себя в том, что всё в порядке.
Мы с Мией переглянулись, похоже ей все же придется мне кое-что объяснить.
— Да, конечно, мама, я помню, — тихо ответила Мия, стараясь сохранить ровный тон. — Съешь хотя бы лазанью, — она кивнула на тарелку, где аппетитно дымилась лазанья, источая соблазнительные ароматы.
— Совершенно нет на это времени, не обижайся, милая, — миссис Пелес встала, её движения были порывистыми, почти нервными. Она нежно провела пальцами по щеке дочери, но в этом прикосновении чувствовалась какая‑то отстранённость. — Нужно выбрать платье… А вы пока поиграйте, только не шалите, — с этими словами она вышла из кухни, напевая какую‑то бессвязную песенку и нервно крутя пояс от халата.
Тишина, наступившая после её ухода, была почти осязаемой. Я посмотрел на Мию, пытаясь прочесть в её лице хоть какие‑то подсказки.
— Папа жарит барбекю? — спросил я, когда шаги миссис Пелес окончательно стихли за углом.
— Ох, даже не спрашивай, — пробурчала Мия, опуская локти на стол и подперев подбородок кулаками. Её плечи слегка поникли, а взгляд устремился куда‑то в пустоту. Было видно, что она изо всех сил старается держать себя в руках, но внутри бушует хаос.
Я медленно потянулся к чашке, чувствуя тепло, исходящее от керамики. Ещё секунда — и мои губы коснулись горячего края…
Но в этот момент в кармане завибрировал коммуникатор. Резкий звук заставил нас вздрогнуть, словно кто‑то резко дёрнул струну, натянутую между реальностью и тревогой.
На экране высветилось сообщение от моей мамы: «Ник, срочно выйди на связь». Буквы горели тревожным красным, а под текстом мигал значок приоритетного вызова — такой используют только в экстренных случаях. Сердце сжалось: может быть, дедушка вышел из комы? Я не переставал надеяться на чудо.
— У мамы что‑то срочное, — пробормотал я, уже набирая номер. Мама ответила почти сразу, её голос звучал напряжённо:
— Да, Ник, ты где?
— Эм, я тут рядом, дома у Мии, — ответил я, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё сжималось от смутных предчувствий.
— А байк твой где?
— Байк стоит у дома, а что? — спросил я, уже понимая, что ответ мне не понравится.
— Звонил шериф. Похоже, угнали твой байк. Его бросили у больницы, — её слова прозвучали как удар, заставляя меня резко вскочить со стула.
— Ты уверена? — я рванулся к окну гостиной, выглянул наружу — и сердце упало. Байка у порога действительно не было. Пустота на привычном месте выглядела как насмешка над моим ощущением контроля над ситуацией.