— Почему ты просто не попросила подвезти тебя? — Рич бросил на меня изучающий взгляд, словно пытался разгадать тайну века под названием «Мия и её упрямство».
— Ну, скажем так, я тебе не доверяю, — хмыкнула я, стараясь, чтобы это прозвучало не как обвинение, а как лёгкая угроза. Ну, или хотя бы как лёгкая шутка.
— Я разве давал повод мне не доверять? — он изобразил такое искреннее удивление, что даже стало неловко.
«О-о-о, давай-ка вспомним», — мысленно закатила я глаза. Но вслух сказала другое:
— А разве нет? Может, ты был бы так любезен довести до дома и Ника? — вопросила я с напускной вежливостью, будто заказывала кофе в кафе, а не пыталась уличить его в коварстве.
— Да брось ты, не будь эгоисткой! Ник заслужил миг беззаботности и отдыха, ты так не считаешь? — Рич оказался непробиваем, как бронированный сейф.
— Мне вообще не потребовалось бы тебя просить. Если бы ты не споил Ника… — проворчала я, скрестив руки на груди.
— Я просто сделал ему маленький подарок, — пожал плечами Монтейро с видом ангела-благодетеля, раздающего конфеты детям.
Я сверлила его взглядом — таким тяжёлым, что, казалось, могла бы прожечь дыру в лобовом стекле флаера. «Маленький подарок», — мысленно фыркнула я. — «Ну да, конечно. Как же. Наверняка в этом «маленьком подарке» было столько химии, что хватило бы на целую лабораторию».
Молчание затянулось. Ричард, видимо, решил, что пора сменить тактику — его лицо смягчилось, а голос стал почти… заботливым?
— Мия, не переживай. Не знаю, почему ты так себя накрутила. На самом деле не происходит ничего предосудительного. Николас выиграл, без преувеличения, самую престижную гонку. Праздновать — это нормально. Завтра ты получишь назад своего парня в целости и невредимости. Я не желаю ему зла. Что бы ты там себе ни вообразила. Он мой друг.
Ричард смотрел искренне и проникновенно. В его взгляде не было ни тени лжи, ни проблеска коварства. Если бы я не знала его лучше, если бы не обжигалась уже не раз об это показное благородство, за которым всегда стояла личная выгода, я бы, наверное, поверила. Но я лишь мысленно усмехнулась и решила сыграть по его правилам — сделать вид, что проглотила эту сладкую пилюлю его «исповеди».
Флаер плавно опустился напротив моего дома. Воздух между нами всё ещё гудел от невысказанных слов, от недоверия, которое я не могла скрыть, и от его настойчивого желания убедить меня в своей правоте.
— Спасибо, Ричард, я тебе многим обязана, — пролепетала я, стараясь придать голосу хоть каплю благодарности. Но прозвучало это так фальшиво, что даже мне самой стало неловко. В моих устах эти слова превратились в скрытую иронию, в тонкий укол, который он, возможно, уловил. Ну не моя это роль — покорной и признательной девицы.
— Обязана как минимум тем, что меня не сожрали в этом лесу и не увезли кататься на край света, — добавила я, пытаясь сгладить неловкость шуткой.
Рич очаровательно улыбнулся краешком губ. Казалось, он действительно поверил, что я сдалась, что его слова достигли цели.
— На правах рыцаря, спасшего принцессу от чудовищ, я требую поцелуй прекрасной девы, — произнёс он, опасно нависая надо мной. Его голос звучал игриво, но в глазах мелькнуло что-то, от чего по спине пробежал холодок.
На секунду, всего лишь на секунду мне показалось, что я готова поддаться этому дурману.
Я резко дёрнула ручку двери, но она оказалась заблокирована. Сердце на секунду замерло, а потом пустилось в бешеный галоп.
— О, с этим никаких проблем, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Помнится, на твоей вечеринке достаточно прекрасных дев, готовых одарить тебя поцелуями.
Глаза Монтейро угрожающе потемнели, челюсти напряглись. Тогда я увидела в нём того самого Рича, которого знала — резкого, властного, не терпящего возражений. Но это был лишь проблеск гнева, который он тут же погасил, пряча за привычной маской хладнокровия.
— Это не моя вечеринка, Мия, а вечеринка Ника, — ответил он, и в его тоне прозвучала лёгкая насмешка. — Он новая звезда, так что поцелуи всех дев принадлежат только ему.
Вот же гад! Он вечно всё переворачивет, выворачивает наизнанку, заставляя меня чувствовать себя глупой и наивной.
— Не думал ли ты всерьёз, что пока мой парень наслаждается заслуженным мигом беззаботности и отдыха, я буду целоваться с его другом? — возразила я, возвращая ему тезис, который он пытался всучить мне несколькими минутами ранее.