Но для поездки на байке зонт всё равно не нужен. Я попыталась запрыгнуть на байк. Ой, кажется, издалека он выглядел меньше и ниже. Наверное, это какой-то оптический обман, чтобы заманивать наивных школьниц.
— Ник, ты просто мой спаситель! — выдохнула я, цепляясь за парня, как утопающий за соломинку.
— И от чего же я тебя спас на этот раз? — усмехнулся он, будто не понимая, что спасает меня от смерти через мозоли.
— От мозолей, как минимум! — гордо заявила я, мысленно добавляя: «И от суицидальных мыслей о пешей прогулке».
Байк взревел так, будто решил доказать всему миру, что он не просто железка, а настоящий зверь. Мы рванули с места с такой скоростью, что пейзаж вдоль дороги слился в одно размытое пятно, а ветер пытался выдрать мои волосы . До школы мы добрались так быстро, что я даже не успела испугаться — видимо, это было частью плана Ника.
Когда байк наконец остановился, я попыталась грациозно спуститься, но получилось что-то среднее между падением и сползанием. Распутывая гнездо из волос, которое ветер соорудил на моей голове, я пробормотала:
— Ты что, гонщик? Это случайно не те опасные развлечения, после которых ты становишься штатным медиком?
— В том числе и те, — усмехнулся Ник, помогая мне привести волосы в более-менее приличный вид.
Ох, надеюсь сосед не один из тех бедолаг, втянутых в грязный гоночный бизнес клана Монтейро. Наверняка нет, отмахнулась я от этой тягостной мысли. Зеленая Зона со своим доцифровым образом жизни это отдельная вселенная и гонки здесь наверняка нормальные, обычные без всяких там нейро-квантовых дополнений.
Мы попрощались, подгоняемые пронзительной трелью школьного звонка, и я отправилась грызть гранит науки.
О, великий процесс образования! Нет, серьёзно, даже описывать это не хочется — настолько всё было… архаично. Представьте себе самую отсталую школу во вселенной, где вместо современного нейротьютера — живой учитель. Вместо цифровых архивов — бумажные учебники. А вместо удобной клавиатуры — шариковая ручка, которая пишет через раз и постоянно оставляет кляксы на полях. Просто рай для мазохистов!
Особенно меня впечатлило занятие по физическому развитию. Нарезать круги по грязному лесу во время дождя — это вам не банальная пробежка на беговой дорожке! Нет, здесь всё по-взрослому: грязь хлюпает под кроссовками, листья липнут к одежде, а ветер норовит забраться за шиворот. Настоящий экстрим! Наверное, это местная версия виртуальной реальности — только без возможности выйти из симуляции.
А эти попытки завербовать меня в кружки по интересам! Создавалось впечатление, что им реально приплачивают за каждого новобранца. Куда только не звали: и в хор, в спортивную секцию и даже к ботаникам в теплицу.
Будто я какой-то редкий экспонат, который все хотят добавить в свою коллекцию.
К обеду я была готова согласиться на любой кружок, лишь бы они перестали меня доставать. Ну, может, кроме кружка по разведению грибов — там, кажется, уже и так все немного… странные.
— Вот ты где! — Ник буквально выхватил меня из толпы в коридоре, ухватив за рукав . — Ещё не обедала?
— Только собираюсь, — ответила я, пытаясь скрыть своё удивление.
— Тогда пойдём вместе!
Когда мы вышли на прозрачную крышу теплицы, у меня буквально отвисла челюсть. «Невероятно!» — подумала я, глядя на этот импровизированный ресторан под открытым небом. Я-то наивно полагала, что мы идём в столовую, а не устраиваем пикник на высоте птичьего полёта. Дождь утих, но влажная вата тумана клочьями стелилась по чаще, окутывая ее загадочной дымкой.
Ник, будто не замечая моего шока, смело прошагал к краю крыши, невозмутимо расстелил свою куртку и уселся, свесив ноги. Ну что ж, делать было нечего — пришлось последовать его примеру, мысленно прощаясь с жизнью и надеясь, что гравитация сегодня в хорошем настроении и что мой сосед не психопат — любитель экстремальных прыжков.
Парень достал из рюкзака контейнер с сэндвичами и протянул мне банку газировки.
— Отлично! Здоровая пища! Готовишь, как моя мама, — прокомментировала я, будто это было высшей похвалой.— М-м-м, вкусно, спасибо, — искренне оценила я, откусив кусочек. — Ник, а ты, кстати, посещаешь кружки?
— Конечно! — кивнул он с таким энтузиазмом, что я чуть не подавилась.
«Эх, надежда умирает последней», — подумала я, затаив дыхание.
— Не могу решить, какое сообщество осчастливить своими талантами, — призналась я, стараясь звучать максимально непринуждённо.