Поэтому, вернувшись в свою персональную комнату, он достал из заначки бутылку виски и, налив себе приличную порцию, выпил напиток со словами:
— Главное — никогда не воевать с русскими!..
… — Братан, а сейчас мы куда летим? — поинтересовался у Титов Никитос, глядя, как тот снимает с бесчувственного женского тела веревки, оставившие почти синие следы на нежной коже. Мацуко находилась без сознания, но «земляк», освободив тело девушки от пут и цепей, принялся водить сияющими ладонями над телом японки. Пятна от верёвок и ошейника исчезали на глазах изумлённого и прожжённого уркагана. Выросшая ладонь у мага уже ничем не отличалась по размерам от оторванной.
Никтос не удивлялся талантам нового знакомого. Ну, пуляет шарами, умеет летать по воздуху и становиться невидимым. На то он и маг. Но вот так лечить тело одними руками? Никита забыл, что у него тоже нога повреждена. На эту рану он согласился почти добровольно с условием полного исцеления. Охранники шахты должны были быть уверены, что тот ранен на самом деле. Земляк словно знал, что охрана так просто к нему не станет подходить. А магу требовалось, чтобы проход никто не загораживал, иначе он не смог бы незаметно через него пролететь. Невидимый — не значит бесплотный. Уловка сработала. Никита выманил Стива из двери, и Сергей пролетел в шахту. Отыскал там Мацуко, освободил, вынес её из прохода и не забыл на обратном пути прихватить и его.
Бывший вор уважал таких людей и не сомневался, что после японки маг вылечит и его ногу. А когда девушка пришла в себя, открыв глаза и увидев над собой лицо мага, то улыбнулась, пробормотав на русском языке:
— Я сна-ла, чи-то ты меня спас-сёс! Я видела тебя во сне!
Мацуко потянулась руками к лицу мага, чтобы его обнять или поцеловать, но тут заметила сидящего и смотрящего на неё Никиту. Осознав, что одежды на ней нет, она испуганно ойкнула, прикрывая небольшую грудь и пах руками.
— Ха! Да ладно тебе! — ничуть не смутился тот. — Чего я у тебя там не видел? На вот, прикройся, — протянул он девушке свой помятый пиджак. — Штаны, увы, не могу дать. Да они и порваны и в крови…
— Ты то-зе меня спасал? — настороженно глядела на него японка, укутываясь в мужскую одежду.
— Да! –ответил за него маг. — Без Никитоса я бы не смог проникнуть в шахту. Он отвлекал охрану.
— Благодарю за моё спасение! — произнесла на японском языке девушка, делая ритуальный поклон. На что Никитос, аналогично переходя на другой язык, ответствовал:
— Я рад, что смог быть полезным!
А Мацуко наконец-то заметила, что они находятся в воздухе. Ахнув в очередной раз, она осторожно потрогала пустоту под собой, убеждаясь в её прочности. После чего осторожно поинтересовалась у мага:
— Мы с-то летим? — голосок её подрагивал, но ноток паники Никита у неё не заметил.
— Да.
— А куда?
— В Брисбен, — коротко ответил тот и, подвинувшись к Никите, попросил: — Земеля, ногу вытяни, сейчас и тебя в порядок приведём.
Руки мага вновь слабо засветились, и боль в раненной конечности постепенно затухала. Никита наблюдал, как рана на его ноге затягивается на глазах и после пары минут совсем исчезла. Даже шрама не осталось.
— Ну, братан, ты в натуре колдун!
— Да… умею кое-что, — небрежно отмахнулся Сергей, принимая горизонтальное положение и поясняя смотревшей на него японке: — Устал немного.
— Ты спи-спи! — Мацуко осторожно провела по его небритой щеке ладошкой, будто лаская своего мужчину. — И сильным нуз-но отдыхать! До Брисбена долго лететь. Но я боюс… а если нас кто увидит?
— Не увидят, подруга! — прилег рядом с магом Никитос. — Братан магическую сферу невидимости создал. Мы летим под её прикрытием! Хотя у меня тоже есть вопрос: а зачем нам в Брисбен? Ещё ментам кто стуканёт…
— Там друз-зия! — пояснила улыбающаяся японка. — Там мой дедуска! Он нам помо-зет!
— Уа-х, — неожиданно зевнул Никита. — Ну, если дедуля у тебя авторитетный, то ладно. Но прибарахлиться не помешает. Да и помыться надо, провоняли огнём. Хавчик нам опять же не помешал. Живот бурчит, будто я три дня не жрамши…
— Всё будет! — продолжала улыбаться Мацуко. — Как там у вас говорят,… э-эээ засибись!
— Уа-х! — зевнул уже магистр, поясняя: — Чуть иначе у нас эта фраза звучит, но ты права! Всё будет зае… хорошо!…
… — Мистер Кларистон. Вы зачем опять в участок припёрлись, да ещё выпивши? Я все ваши показания утром записал.