У нас не было при себе чёрных львов, которые разрывали и пожирали тела. Но такое, скорее всего, зависит от компании, я имею в виду тех, кто попадает под пелену тьмы. Ведь мы ещё и десятой части того, насколько изменился мир, не видели.
Это происходит постоянно: где-то быстрее, где-то средне и такое наверняка зависит от мощности фона. А может быть, есть и другие факторы, но я не учёный, мне вообще на всё это насрать.
Одно я сейчас понял наверняка: ненавижу людей! Ненавижу их мелочные желания, что крутятся вокруг собственного эго. Мнят себя вершителями судеб, считают, будто умнее соседей, но в особенности любят тех, кому не повезло. Это даёт им самый лучший повод гордиться собой.
Я ни на секунду не пожалел о содеянном и продолжил бы рвать этих ублюдков, что решили поживиться на нашей земле. Я бы ещё раз повторил кровавую казнь в Муторе. Не знаю, возможно, окажись мы во тьме тогда, Екатерина с Клином вряд ли смогли выжить. Наверняка бы попали под общую раздачу, но их мне было бы жаль. А этих…?
Нет, эти мрази ехали сюда с одной целью: раскатать нас, размазать по асфальту тонким слоем. Вот только не в этот раз, не сегодня.
– Поехали! – крикнул я своим. – Лен, давай за руль.
– Ты ебанулся? – тут же вернула она мне. – Я не умею на грузовиках.
– Попробуй джип завести, – предложил я. – С ним справишься?
– Я умею на грузовой, – в очередной раз ошарашила нас новостью Тоня. – У меня папа дальнобойщиком был.
– Гы-ы, – тут же оскалил зубы Мутный. – Таких Тонь теперь по всей стране…
– В следующий раз за кругом тебя оставлю, – тихим голосом пригрозила ему девушка.
– Да я же пошутил, – тут же заплясал перед ней наркоман. – Тонь, да хорош, ты же знаешь, что я ебанат.
– Поехали, ебанат, – мимо него прошла Лена и первой запрыгнула в кабину.
Места там оказалось не так много, хотя втроём на двухместное сиденье мы втиснулись и даже дверь захлопнули. Но, немного поёрзав, всё же решили, что Ленку лучше усадить мне на колени.
Тоня забралась на место водителя, осмотрелась, отрегулировала сиденье и вскоре, зарычав дизелем, лихо развернулась. Грузовик пару раз подпрыгнул, зацепив обочину, и мы помчались в сторону Гуся Хрустального.
Встретил нас блокпост. В отличие от Меленковского, этот оказался живым. Люди всё ещё суетились, подчищая то, что не успели доделать. Немного в стороне раскинул лапы кран, который выставлял на проезжую часть бетонные блоки. Несколько человек вяло помогали, махали руками, указывая место, на которое необходимо поставить следующий. Справа припарковался КамАЗ с бортовым кузовом, там и находились те самые ЖБИ.
По центру дороги разгрузили кучу песка, и часть людей была занята загрузкой его в мешки, которые после этого укладывались на поддон. Точно такой же, только пустой, лежал возле обустроенного защитного заграждения, из-за него же вышел первый увиденный нами военный.
Все те люди, что занимались обустройством укреплений, похоже, были местными и сейчас вкалывали на благо чужого отечества.
Военный махнул нам рукой, с просьбой остановиться, и Тоня послушно вдавила педаль, заставляя зашипеть тормозную систему. Грузовик плавно остановился, а военный, решивший наконец поднять глаза чуть выше номерного знака, открыл рот от удивления.
Ленку с коленей я снял ещё на подъезде, и как только машина остановилась, толкнул дверь и вывалился наружу. Росчерки мне по-прежнему ловить не нужно, заклинание зарядилось при одном только желании и ледяное копьё пробило грудь охраннику.
То, что я кинул, изначально было невидимым, но человек, получив смертельную рану, замер, опустил свой взгляд на грудь, где словно из ниоткуда формировалась неровная ледяная сосулька. Она выросла прямо на глазах, с хрустом разрывая ткани, сквозь которые проросла.
Он умер, не издав ни единого звука. Однако люди, работавшие вокруг, прекрасно всё видели. Это нормальная ситуация для человека, проявить любопытство, остановиться и посмотреть: а кто же там такой приехал? Заодно можно немного передохну́ть, разогнуть спину.
Произошедшее на их глазах убийство не вызвало страха и паники. Словно они успели привыкнуть к такому.
Сколько прошло с момента первой разорвавшейся бомбы? Несколько месяцев? Даже лето ещё не закончилось, хотя тепла никто из нас так и не увидел.
Солнце будто затянуто мрачными, свинцовыми тучами. Вот только они всё никак не желают пролиться дождём, чтобы истаять, убраться долой и освободить путь для тёплых лучиков. Страшно представить, какая нас ожидает зима?