Упал один камень, и понеслась лавина. Солнечные часы, охота, земледелие вошли в жизнь поселения. Да, все это можно делать и без металлических орудий, но с ними намного приятнее. Человек хочет, чтобы труд доставлял удовольствие. А без хорошего инструмента какая радость?
Однако Дилт уничтожает металлы, и на второй день от бронзовых изделий остается только пыль. А если их унести подальше?
Люди ринулись за пределы Дилта. Нет, место жительства они не сменили, но вокруг раскинулись обработанные участки земли, а в близлежащих лесах стали бродить охотники.
Казалось бы, Дилт совершил ошибку и создал то, что разрушал и разрушает до сих пор. На самом деле, гигант проявил гибкость и получил взамен запретных инструментов почти всю добычу охотников и почти весь урожай земледельцев.
В старом Дилте основная еда - молоко и зерно. Здесь между узлами и на прилегающей территории тоже растут злаки, но люди питаются преимущественно молоком, фруктами и орехами. Понятно, что ради разнообразия можно попробовать овощи или мясо, зажаренное на огне, но есть привычная еда, и ее, по большому счету, хватает.
Не выбрасывать же урожай - его понесли Дилту и получили взамен оглушающие волны благодарности. Великан расплатился за приношения мысленным воздействием, и люди такое вознаграждение посчитали достаточным. Охотники продолжили выслеживать дичь, земледельцы не прекратили возделывать маленькие поля и огороды.
Кроме того, люди несли дары не просто Дилту, а конкретно узлу, производившему бронзовые орудия и находившемуся в самом центре поселения. Народ постоянно сновал по Дилту - возможно, именно этого хотел мыслящий гигант.
* * *
Мы с Леем сидим и пьем обычную воду из маленьких костяных чашечек. Я впервые внутри его узла. Впрочем, помещение почти ничем не отличается от прочих внутренних полостей - разве что несколько этажерок с чертежами и рисунками бросаются в глаза.
С китайцем мы познакомились рядом с солнечными часами. Там у Лея склад готовой продукции, мастерская и конторка, где он принимает клиентов. Я же зашел просто так и поинтересовался, не сможет ли узел Лея сделать проволоку из чистой меди.
Китаец прожил на белом свете намного дольше, чем я - думаю, по земным меркам ему не менее ста лет, но местный старожил молод и телом, и душой. Об электричестве он никогда не слышал, и вряд ли понял мои объяснения. Однако Лей заинтересовался не только темой, но и мной.
Как особо доверенное лицо я приглашен в носильщики - помочь доставить готовые бронзовые лопаты и молотки из узла на склад. Думаю, Лей просто хочет познакомиться со мной поближе: взгляд со стороны и новые идеи никогда не бывают лишними.
Узел Лея делает не только бронзовые вещи, но и те самые опоры для столбиков и щитов, а также точильные камни. Разумеется, все это не возникает из ничего - народ несет в узел руду. А вот добывать ее не надо, потому что сырье для производства - осколки, в изобилии имеющиеся в каменоломне, где когда-то вырубали камни для солнечных часов.
- Лей, почему ты не делаешь крепеж? - спрашиваю я.
Действительно, на фоне изобилия инструмента и охотничьих орудий, отсутствие гвоздей и шурупов смотрится странно.
- Скучно.
Скучно ему! А молотки с топорами не надоели?
Собственно, жилища и мебель из дерева - большая редкость в поселении. И в Дилте, и за его пределами все делают из рога, а отдельные элементы соединяют крепежом из того же материала. Получается, что гвозди попросту не нужны.
- А такое сделать сможешь?
Объясняю Лею, что имею в виду резьбовое соединение, описываю болт и гайку.
Ехидно улыбаюсь и добавляю:
- У тебя такого нет.
- Есть! - радостно возражает китаец. - В ножницах.
Да, тут он меня уел, ведь в ножницах действительно есть винтик.
- Так ты сделаешь болты? - не отстаю я.
- Зачем тебе?
- Пока не решил.
- Когда решишь, тогда и придешь.
Несем короба из рога, заполненные бронзовым инструментом. Я по дороге размышляю и никак не могу понять, с чего мне пришло в голову попросить у Лея болты. Может, я что-то придумал, а Дилту это не понравилось, и он подчистил мою память. Или, наоборот, мне подкидывают идею?
Уже в конце пути я решаю записать свои сомнения - в конторке у Лея есть и листы, и карандаши. Если я что-то внезапно забуду, то прочитаю и вспомню. И пусть Дилт стирает мои мысли - до записей ему не добраться.
* * *
Как позвать человека, если он внутри узла, а ты снаружи? Кричать или стучать в перепонку бесполезно, потому что уже в центральном зале ничего не слышно, а уж в ванной или туалете - тем более.
Я лежу в спальне, но знаю, что у входа стоит Айзек. Видимо Дилт предупредил не только меня.
- Это тебя, - с закрытыми глазами сонно бормочет Таа. - Иди, а я еще посплю.
Обычно спокойный и рассудительный Айзек не похож на самого себя. Возбуждение, нетерпение, азарт чувствуются в любом его движении, в каждом взгляде.
- Пойдем, я покажу тебе одно место, - говорит он, разворачивается и широкими шагами удаляется от входа.
Я понимаю, что должен идти следом.
Ирина и Айзек живут почти в середине Дилта, рядом с громадой Центрального узла. Отдельный вход, ванная, туалет, спальня - что еще нужно? Молоко? Есть и оно.
Айзек проходит мимо входа в собственное жилище и ловко взбирается на коричневую с зелеными пятнами стену.