- Что, лодку не хотите делать? - грозно спросил я. - Тогда хоть велосипед изобретите!
До сих пор не пойму, почему я упомянул велосипед. Такого слова в едином языке нет, и название транспортного средства я произнес по-русски.
Никто меня не понял - пришлось объяснять. Я рассказывал про два колеса и крутил руками воображаемые педали - наверно, выглядело это смешно, но Кен и Лей серьезно смотрели на меня, а китаец заинтересовался настолько, что даже рот открыл.
Затем они устроили настоящий спектакль. Кен хлопнул правой рукой по левому плечу Лея, китаец ответил тем же. Дальше они пустили в ход левые руки. Я думал, что на этом они остановятся, но Кен и Лей продолжали бить друг друга по плечам. Удары становились все сильнее и быстрее - казалось, азиаты занимаются какой-то странной гимнастикой.
Внезапно они остановились, одновременно вскинули руки, и боевой клич разнесся по округе.
Всех, кроме меня, представление не заинтересовало. Женщины со снисходительным равнодушием взглянули на мужчин и продолжили разговор. Тим смотрел на меня - кажется, его больше занимала моя реакция на происходящее.
Азиаты скрылись в конторке, а Тим сказал мне:
- Теперь они точно сделают этот двухколесник, только я не уверен, что он достанется тебе.
* * *
Я начал делать лодку и понял, что не в полной мере использую возможности Шестьдесят четвертой. Делать криволинейные элементы из прямых заготовок - разумно ли это?
Подопечная быстро сделала нужные детали, и дело пошло веселее: начал вырисовываться каркас будущей лодки.
А вот сетей у меня по-прежнему не было. Шестьдесят четвертая даже не попыталась заняться новым делом и отказалась. Кажется, она почувствовала себя виноватой. Неужели это действительно так?
Первую сеть я начал вязать давно, но продвинулся недалеко. Хотелось удлинить ее, но все время уходило на дом и лодку.
На помощь мне пришла Таа. Сначала любимая присмотрелась к начатой сети, подробно меня расспросила, а потом начала вязать новую снасть. Понятно, что у Таа имелись другие дела, но длина ее сети потихоньку увеличивалась. Через какое-то время я заметил, что супруга начала сначала.
- Прежнюю сеть я отдала Сью, она тоже будет вязать, - пояснила любимая.
Вскоре к работе присоединились Малати и Нори.
Оказалось, что Таа провернула коммерческую операцию.
- Они свяжут сети, а ты будешь давать им рыбу, - жена объяснила суть сделки.
Сначала меня не слишком вдохновило, что мой будущий улов уже распределен. Однако позже я призадумался и понял, что Таа поступила очень умно. Ведь улов нужно как-то использовать, а куда девать рыбу, если ее будет много? Получалось, что меня избавили от лишних хлопот.
Впрочем, учитывая аппетит и всеядность Шестьдесят четвертой, о судьбе пойманной рыбы не стоило беспокоиться.
* * *
Сказать, что Таа меня удивила - не сказать ничего. То, что любимая хорошо поет, я узнал еще в пустыне, когда мы выращивали наш первый узел. Однако в этот раз жена запела на едином языке. Слова новой песни Таа сочинила сама, и речь в произведении шла о мужчине, лучше которого нет во всем мире.
Думаю, Таа по-настоящему счастлива, отчасти оттого, что рядом с ней я. Раньше мне не приходило в голову, что мужчина может сделать счастливой любимую женщину. Наверно, я не размышлял об этом, потому что считал такую задачу невыполнимой. Счастлив человек или не счастлив - в первую очередь зависит от него самого, от его отношения к окружающему. Собственно, я по-прежнему так думаю, но мне очень приятно видеть то, как Таа радуется жизни.
Если вдуматься, ничего выдающегося в нашем существовании нет: мы живем на берегу озера, строим дом, занимаемся немудреными делами. Что особенного в выращивании овощей или охоте на ящериц или больших лягушек?
Да, Таа стала охотницей. Рог - материал упругий и Кен с Леем давно делают из него луки. Один из них достался моей спутнице, и она неплохо овладела им. Только всю добычу Таа съедает Шестьдесят четвертая.
Когда-то мы с удовольствием ели любое мясо, а в пустыне у реки змеи, ящерицы и лягушки были желанной добычей. Здесь мы пьем молоко, и нам не хочется разводить огонь и жарить мясо. Снимать шкурки, разделывать тушки - лишние и ненужные хлопоты. Куда проще забросить все в большую пасть узла. Да и будущий улов пойдет в пищу Дилту.
* * *
Лодка получилась замечательной: вместительной, легкой, управляемой. Я проплыл на ней от нашего дома до ручья, впадающего в залив, и решил, что теперь буду перевозить грузы только по воде - так намного легче.
Короткие сети, связанные мной и женщинами, я насадил на веревки с деревянными поплавками и бронзовыми грузиками - пришло время рыбалки. Первый улов оказался небольшим - всего полтора ведра некрупной рыбы. Все-таки сети нужны длиннее, тогда и добыча будет больше. А может, я неправильно поставил снасти.
Зато теперь я уверен, что рыба - вполне подходящая пища для узлов. По крайней мере, Шестьдесят четвертая меня благодарила, а уж ее я понимаю прекрасно. Остальные узлы от новой еды тоже не отказались.
Почему же тогда Дилт не хотел, чтобы у меня была лодка?
* * *
Шестьдесят четвертая увеличивается в размерах, но растет она немного иначе, чем прочие узлы. Центральный зал нашего детища по-прежнему остается маленьким, и вход в него разрешен только мне и Таа. Однако девица вырастила еще одно помещение и, кажется, не собирается останавливаться на этом.