- Здесь находишься ты, это ваш узел, - женский голос начинает объяснять, и я вижу двойную пульсирующую точку на карте.
Судя по всему, вторая точка - это поселение.
- Энергетический комплекс.
Чуть ниже по течению, на другом берегу изображено большое озеро, соединяющееся с рекой узкой протокой. Оказывается, Бааг и Диидаа были совсем рядом, когда ремонтировали живой остров.
- Производство. Здесь ты жил сначала.
Первый Дилт расположен выше по течению, на другом берегу. Собственно, это я и так знаю.
- Растущее производство, - еще выше по течению пульсирует точка.
Есть! Дилтов не два, а три. Впрочем, их могло быть и больше.
- Мертвые стражи.
На том же берегу, где расположены оба Дилта, производящие косточки, но ближе к нам, заморгали еще две точки. Ведь мы с Таа плыли на плоту мимо них. Как мы их не заметили? Наверно, была ночь.
- Растущие стражи.
Три точки на том же берегу, где сейчас мы. Совсем рядом, мы тоже плыли мимо них и опять не разглядели - чертовщина какая-то!
- Резервное поселение.
Последняя точка светится в лесу. Она на нашем берегу, но довольно далеко ниже по течению.
- Что они там делают? - спрашиваю я.
- Эти люди не нужны.
- Я хочу побывать там!
- Позже.
Понимаю, что аудиенция закончена, но задаю последний вопрос:
- Сколько людей живет на этой планете?
- Две тысячи девятьсот восемьдесят пять.
Я выхожу из Центрального узла. Услышанное число не дает мне покоя. Три тысячи - почему так мало? На планету доставляют десять человек в день - за один год получается больше, чем все население Дилта.
И что это за люди, которые не нужны?
Глава 2
Я договорился с Дилтом, дав согласие на сотрудничество. Обещание пришлось исполнять почти немедленно: мою семью и Айзека со всеми домочадцами погрузили в летательные аппараты и отправили к стражу.
Я почему-то думал, что мы прилетим туда, где я провел три месяца, но это оказалось не так.
Да, все похоже и знакомо, даже сарай имеется, да и страж пока жив, хотя уже закончил расти. Только я в прежнем месте даже камни в стене запомнил, поэтому не сомневался: место другое.
Дальнейшее мы уже видели: кораблики, сбрасывающие комки плоти, молоко и коричневый порошок, дети, измазанные с головы до ног. Да и в сарае мы жили недолго: нам привезли домики из пластика.
Дилт строго соблюдал договор, и мы по очереди летали в Центральный узел и задавали вопросы. В некоторые дни никто из нас не покидал стража, но наверняка в это время с Дилтом вели разговор Бааг или Диидаа.
Дилт не сошел с ума и работал нормально. Все, казалось бы, бесцельные передвижения людей, их обязательное присутствие в узлах оказались программными ограничениями. Именно на этом основывалась работа Дилтов - производителей. Люди покидали выращенный узел, и он умирал. На месте, удобренном его плотью, начинали выращивать деревья, которые в итоге давали косточки.
Для чего нужны орешки, мы так и не узнали.
- Нет информации, - неизменно отвечал женский голос.
Ирина даже предположила, что мы выращивали наркотики, но остальные дружно отвергли ее версию.
Есть главный Дилт, который должен создавать Дилты, выращивающие косточки - эту немудреную программу мы уяснили. Тонкости пока оставались неясными.
А потом дети не захотели подходить к розовому холмику. Нет, близнецы остались такими же любопытными и жизнерадостными, а Лена по-прежнему командовала ими. Малыши бегали по берегу, забирались на стену, уходили в пустыню, а к холмам старались не приближаться. Если мы подзывали детей, они подходили к зародышу, но не улыбались и не играли, а молча стояли.
Лишь Питер, исподлобья глядя на холмик, негромко ворчал:
- Плохой!
Холмик стал хуже впитывать молоко и порошок, а вскоре отказался есть. Розовая гладкая поверхность потемнела и покрылась морщинами - зародыш не хотел приживаться. А сам страж уже умер.
* * *
В резервное поселение я прилетел один.
Несколько мужчин разгрузили другие кораблики и оставили на земле ящики с молоком, лопаты и топоры. Люди подходили, разбирали фляжки и инструменты, безразлично глядя на меня.
Взгляды подошедшей ко мне пары, тоже равнодушны, хотя говорят они приветливо.
- Дилт заботится о нас, - рассказывает мужчина. - Дает молоко, оружие, инструменты. Мы выращиваем овощи, охотимся, собираем в лесу плоды и орехи.
Рядом с домами я вижу столбы дыма. Мужчина, заметив мой взгляд, оживляется.
- Мы делаем глиняную посуду и готовим на огне пищу, - объясняет он.
Кораблики улетают, а мы идем по улице. Пластиковые домики сменяются деревянными хижинами. Овощи, растущие возле них, кажутся мне до невозможности хилыми.
Мужчина и женщина уже рассказали мне свою историю. Она жила в узле, он был путником и носил тюки. Мимолетная встреча в Дилте осталась в их памяти, и здесь бывшие рабы узнали друг друга. Теперь они живут вместе, но вряд ли смогли стать по-настоящему свободными людьми. Лишь взаимная поддержка помогает им выглядеть лучше других обитателей этого унылого места.