— Как дела, старина?
— Э, что сказать, сэр… Думаю, в Шотландии нам было бы спокойнее.
— Что ж, над этим стоит поразмыслить.
— Вы серьезно, сэр? — встрепенулся шофер-дворецкий.
— Жизнь покажет, дружище, жизнь покажет.
Малыш Поль дернул Эли за руку:
— Эли, мы поедем на этой машине?
— Да, Поль.
— А можно мне ехать впереди? — умоляющим голосом спросил он.
— Ты еще слишком мал, — вмешался его старший брат. — Впереди поеду я.
— Нет, я!
— Стоп, — смеясь, прекратил ссору Артур. — Впереди поедете вы оба.
— Уррра! — хором завопили мальчуганы.
Джеймс открыл братьям дверцу, и они тут же нырнули в машину, устраиваясь и ерзая на кожаном сиденье.
— Прошу, мадемуазель. — Артур открыл заднюю дверцу, жестом приглашая Эли внутрь, и тут же нырнул следом.
«Роллс» мягко откатил от бордюра и, проехав с милю, влился в лондонский трафик.
— Тебе плеснуть чего-нибудь? — поинтересовался МакГрегор, прикоснувшись к плечу Эли.
— Нет, Арти. Спасибо. Сейчас я ничего не хочу.
Артур, вздохнув, налил себе бренди, подивившись тому, что бутылка в баре каждый раз оказывалась полной, и залпом выпил. Подумав немного, налил еще столько же.
Особняк на Ланселот Плейс привел маленьких Лебланов в не меньший восторг, чем «Роллс-Ройс». Они довольно быстро поделили спальни, хотя и не без стычек и споров, и Эли приказала обоим отправляться в душ.
После этого она прошла в гостиную, где ее дожидался МакГрегор, утонувший в мягком удобном кресле. Неизменные бокалы и бутылка старинного коньяка стояли рядом на журнальном столике.
Устроившись в своем кресле и сделав маленький глоток, Эли спросила:
— Но что же с нашей нераскрытой тайной, любимый?
— Ты о сейфе Артура-старшего?
— Да.
— С этим мы будем разбираться. Неспешно. — Он отставил свой бокал, встал и направился к двери.
— Ты куда, Арти?
— Перекинусь парой слов с Джеймсом.
Выйдя в коридор и сделав знак дворецкому следовать за ним, Артур пошел в столовую. Там он сел за стол и указал Робертсону напротив себя.
— Ну, и как поживал Лондон последнюю пару недель?
— По-разному, сэр. Поначалу было относительно тихо. Люди переваривали новую информацию. Потом стало более шумно. Толпы на улицах, митинги, требования перевешать подонков на фонарях. Насилия, однако, не было. Через день-два начались погромы, грабежи, мародерство. Но вся полиция уже была вооружена. Кроме того, на улицах стояли военные: танки, бронетранспортеры. Мародеров пристреливали на месте. Кого с телевизором в руках, кого со стерео, кого с микроволновкой. И вот интересная штука, сэр: почти все они были из мигрантов.
— Так-то оно так, — задумчиво проговорил Артур. — А ты, старина, не забыл о том, что не так давно наши самолеты вместе с американскими «братьями» бомбили их родную землю, их дома, сады и поля? И что наши граждане были не последними в игре, задуманной теми, кто едва не превратил планету в кошмарный ад?
— Слава богу, им это не удалось.
— В масштабах планеты — не удалось. Но в тех странах, откуда приехали мигранты, кошмарный ад был на самом деле. Вот скажи, если тебя бьют в лицо, что ты делаешь, Джеймс?
— Ломаю негодяю челюсть, сэр. И вы это знаете.
— Иными словами, даешь сдачи.
— Безоговорочно, сэр.
— Вот так и они, мигранты. Насколько им по силам.
Оба умолкли. После минутной паузы Робертсон произнес:
— Н-да… Здесь есть над чем задуматься, сэр.
— Ладно. Разговор это долгий и непростой. Ключи от кабинета Артура-старшего при тебе?
— Вашего светлой памяти дедушки? Конечно. С собой. На всей связке.
Артур встал и, направляясь к двери, приказал:
— Идем. Отопрешь замок.
Рот дворецкого открылся, глаза округлились.
— Сэр… Но ведь после смерти сэра Артура вы ни разу туда не заходили!
— Что ж, — пожал плечами МакГрегор, — когда-то надо и зайти.
Эли, Артур и Джеймс спустились на первый этаж. Эли с интересом рассматривала старинные портреты, изящную мебель, стоявшую вдоль стены, рисунок на шелковых обоях — она никогда не была здесь.
Они подошли к массивной резной дубовой двери. Робертсон, достав связку ключей, выбрал один из них и открыл верхний замок. Затем, найдя второй ключ, открыл нижний. И осторожно приоткрыл дверь.
Вся мебель в кабинете Артура-старшего была накрыта белыми чехлами. Артур-младший, девятый баронет МакГрегор, рассматривал помещение с не меньшим интересом, чем Эли.