Но Джеб понимал, что вброс этих страшных документов и планов во внешний мир сам он осуществить не может. Нужен хакер, криптограф высочайшего класса — причем готовый разделить его убеждения. В «Цикаде» мастеров такого класса хватает, но поделись он с любым из них своими соображениями — продадут, за прибавку в сотню тысяч зеленых к годовой зарплате. Продадут.
А кто мог бы не продать — и вдобавок сделать дело?
Но Джеб искал и нашел такого человека. Теперь главное, чтобы на Анри не вышли хищники ордена.
Условный стук в дверь. Джеб спрятал папку под подушку и, подойдя к двери, посмотрел в глазок. Пейн де Мондидье.
Какого черта ему нужно? Командор-защитник. Вроде бы и подчиненный сенешаля, но одновременно глава службы внутренней безопасности. Под контролем которого все — включая и самого сенешаля. Джеб открыл дверь и жестом пригласил командора в комнату.
— Сеньор сенешаль!
— Рад видеть вас в добром здравии, командор. Прошу, входите, располагайтесь.
Де Мондидье опустился в старинное кресло, не сводя глаз с Джеба. Джеб по-своему ценил Мондидье, как ценил умных людей, будь они даже в стане врага. А командор-защитник был не просто умен. Это был блестящий аналитик, некогда лучший аналитик ЦРУ, где его и выловил в свое время смотрящий по Агентству. Но… С умным человеком стоит быть осторожным, а с очень умным — особенно осторожным.
— Что привело вас в мою скромную обитель, командор?
Де Мондидье не стал покашливать и вертеться в кресле, как это сделал бы любой другой. Он перешел к делу сразу.
— Сеньор сенешаль, похоже на то, что готовится грандиозная утечка информации.
— Каким образом? Через кого? Уточните, Пейн.
— Один из наших лучших криптографов-хакеров готов вбросить в Интернет все, что ему известно об ордене и его целях.
Сенешаль прошелся по комнате.
— И… кто же он?
Де Мондидье протянул тонкую папку: личное дело. Джеб открыл ее. Молодое и хорошо знакомое лицо с распахнутыми голубыми глазами, неухоженные светлые волосы, которые никак не сочетались с официальным костюмом и галстуком, надетыми специально для фотографии. Под фотографией имя: Анри Леблан.
Джеб для вида пробежал взглядом список заданий, которые давались Леблану. Задания серьезные, требовавшие немалых знаний и немалой изобретательности. Оценки выполнения: никаких, кроме «отлично». Джеб сел напротив командора, убрав личное дело Леблана в ящик секретера, и поинтересовался:
— Почему возникло опасение утечки? Очередной психологический тест?
— О нет, сеньор. Хотя тесты не раз показывали его предрасположенность к саботажу, если и не к прямому бунту.
— Так откуда информация?
— От его коллеги и соотечественника. Леблан поделился с ним своими мыслями и планами после того, как в Париже произошли терракты, которые финансировали мы, а логистику — доставку денег и оружия для ИГИЛ — осуществлял сам Леблан.
— Надо понимать, теперь он мучается тем, что стал виновником смерти своих собратьев в Париже?
— Именно так, сеньор.
— Ваши предложения, командор?
— Нам надо выяснить, что и куда он успел выложить. И чем ограничил доступ к выложенным данным.
— Это само собой. Что для этого предполагается сделать? И почему вы решили, что он выложит вам все на блюдечке?
Де Мондидье усмехнулся:
— Выложит, сеньор. Куда же ему деваться? У него двое маленьких детей. Сыновья станут разменной картой в наших с ним беседах.
Джеб плеснул себе в золоченый бокал красного вина и сделал жест в сторону командора: а вам? Тот отрицательно покачал головой. Медленно отпив из бокала, Джеб спросил:
— Когда вы собираетесь его взять?
— Не только его, сеньор. Его и детей. Он должен знать, что они тоже у нас, и тогда мы можем сделать с ним все, что потребуется.
Джеб, нахмурившись, помолчал. Потом спросил негромко:
— Когда же планируется эта… операция?
— Не позднее конца этой недели. Нам нужно проверить его переписку и все, что он делал, работая на нас.
— Кому вы поручили напрямую работать с Лебланом? — резко спросил Джеб.
Командор пожал плечами.
— Как всегда. Мастер-экзекутор — лучший специалист по такого рода вещам.