— Никаких изменений, — вздохнул он. — Хоть бы температура поднялась… А то, как с призраком разговариваю.
— Может, ей цветов подарить? — предложил я, разминая затекшую спину. — Или серенаду под окном спеть?
— Макс…
— Ладно, ладно. Завтра придумаем что-нибудь эпичное. Взрывом колокола разбудим, что ли.
Перед сном Алексей вдруг выдал:
— Марья… она… как будто возвращает меня к жизни. Но смотрит на меня, как на умалишенного.
— Потому что ты краснеешь, как маков цвет, когда она рядом, — фыркнул я. — Завтра принеси ей подарок, что ли. Может, сжалится над тобой.
Он швырнул в меня подушкой, но я уже засыпал под вой сверчков и далёкий звон нашего колокола — того самого, что звал в будущее.
Всю ночь мне снились пироги Марьи, потому что они оказались бомбой. В смысле вкуса. А девки так и не принесли своих. Но я всё равно обновлю всю деревню. Завтра займусь колодцем. Начну проводить водопровод по деревне.
Глава 29. Печи, сваты и северное сияние
Три месяца в поместье, а всего в этом мире я уже семь. За это время мир вокруг преобразился, и не только в окрестных деревнях, но и в самой усадьбе, где жизнь стала на зависть комфортной. Каждая изба – словно ожившая сказка, плод инженерной мысли, воплощенный в жизнь.
- Печи. Моя гордость и отрада. Режимы – на любой вкус:
– «Блинчики»: жар такой, что корочка хрустит, словно первый снег под ногами. – «Бабушкин котёл»: для щей да каши, наваристых и душевных.
– «Плавим броню»: если вдруг захочется не только блинов, но и перековать старый меч на гвозди.
Баба Егоровна, та самая, что раньше вечно жгла пироги, теперь сама учит соседок премудростям: «Ты глянь, Дуняха, тут рычажок потяни – и не спалишь, как я в прошлый раз!».
- Краны. Водопровод – чудо чудное, диво дивное. Трубы из обожжённой глины, словно вены земли, обмотаны ауроралисом, чтобы морозы им были нипочём. Вода ледяная, как слеза Снежной королевы, зато без единого головастика. Поначалу мужики крестились, боялись подходить: «Бес водицу качает!». А теперь Семён-плотник хвастается: «У меня из стены ручей течёт! Лучше, чем у графа в пруду!».
- Васька. Мой «менеджер проектов». Шныряет по деревне в кафтане, измазанном сажей и наногелем, и командует, словно генерал на параде: «Дядя Максим сказал – сначала заслонку проверь, потом уголь подкидывай!». Вчера поймал его, как он пытался прикрутить медную ручку к коровьему хлеву: «Это чтоб Зорька не щипала, когда молоко даёт!».
Любава. Рыжая бестия, гроза моего холостяцкого покоя. С тех пор как я провёл трубу к её избе, решила, что женитьба – дело решённое, «для равновесия». Вчера принесла пирог с морошкой, сегодня – вышитый платок с узором «утопленник в водовороте» (по её словам, «наша судьба»).
– Ну что, строитель, – улыбнулась она сегодня, перекрывая своим телом кран у моего дома. Локоны цвета меди так и искрились на солнце, словно червонное золото.
– Когда дом себе построишь? А то всё у чужих хат возишься. Ты ж как бродячий кот – всем помог, а себе логова не нашёл.
– Дом? – я сделал глаза «испуганный ёжик», отработанный за месяцы побегов от сватовства. – Да я… это… водопровод сначала до бани довести хочу. Чтоб париться с комфортом. Представляешь, тёплый пол и пар, как в царских хоромах!
– Париться? – она приблизилась, и я почувствовал запах мёда, смешанный с дымком печи. Её ухмылка обещала адреналин почище, чем падение в аномалию. – Я бы тебя научила…
– Ой, смотри! – я резко указал за её спину. – У Степаниды труба гудит! Кажись, прорвало!
– Опять?! – Любава закатила глаза. – Да у неё уже три раза прорывало! Может, это она специально, чтоб ты к ней бегал?
– Не-ет… – я рванул в сторону, оставив её с пирогом. – Техника безопасности!
Бегать от девушки – мой новый вид спорта. Правила просты:
- Если споткнёшься о свинцовую трубу – проиграл.
- Если её отец поймает с лопатой у забора – проиграл.
- Если согласишься на чай с морошкой – проиграл навсегда.
Пока держу счёт 47:0 в свою пользу. Но Любава не сдаётся. Вчера подкараулила у колодца:
– Слышала, ты баню хочешь? – улыбнулась она, вертя в руках венок из крапивы, словно коварная русалка, заманивающая в омут. – У меня отец брёвна отборные сплавил. Приходи посмотришь… Вечерком.
– Я… я вантуз должен проверить! – солгал я, пятясь к избе.
– Вантуз? – она рассмеялась. – Это твоё новое изобретение? Ну ладно. Завтра приду с пирогом. С черникой. Покажешь мне свой вантуз.
Чёрт, а чернику я люблю…