Пролог
Сквозь тройной барьер панорамных окон башни «Федерация» пробирался ледяной ветер. Крис поёжилась, кутаясь в тонкий кашемировый палантин. С высоты восемьдесят девятого этажа раскинувшаяся внизу Москва казалась игрушечной диорамой, усеянной мерцающими огоньками. Красиво. Однако вместо романтики высоты сердце девушки сковывала ледяная пустота, перекликающаяся с безжизненностью поднебесья.
В зале играла тихая музыка, доносящаяся из встроенной акустической системы Bang &Olufsen, чьи динамики были искусно спрятаны в стенах. Брайан Ферри. Крис улыбнулась, на мгновение почувствовав признательность к Игорю, который запомнил такую мелочь, как её любимый исполнитель.
Среди гостей выделялись дамы в платьях Haute Couture от Valentino и Elie Saab, украшенных бриллиантами и сапфирами, чья стоимость могла сравниться с ценой небольшого острова. Холёные лица – продукт лучших клиник Швейцарии и Монако – излучали уверенность и беззаботность. В разговорах мелькали названия эксклюзивных курортов, обсуждения последних коллекций ювелирных домов и планы на предстоящий сезон в Сен-Тропе. Мужчины обменивались новостями о курсах акций и перспективах развития бизнеса. В воздухе витал аромат кубинских сигар, которые они курили не спеша, наслаждаясь каждым глотком дыма, словно растягивая удовольствие от обладания всем, чего можно пожелать.
Официанты, вышколенные по всем правилам этикета, бесшумно сновали между гостями, предлагая закуски и прохладительные напитки, следя за тем, чтобы бокалы никогда не оставались пустыми. В этом мире показной роскоши Крис чувствовала себя чужой, словно незваная гостья с далёкой планеты.
– Хочется верить, что тебе тут нравится, – услышала она властный голос Игоря.
Девушка вздрогнула и обернулась. Игорь стоял рядом, наблюдая за ней с непроницаемым выражением лица. В его глазах цвета зимнего неба не было ни крупицы тепла, лишь внимательная оценка.
– Москва прекрасна, – ответила Крис, стараясь звучать непринужденно. – Особенно с такой высоты.
- Я не про вид. Ты весь вечер жмёшься по углам и избегаешь разговоров. Что-то не так?
Он взял её руку в свою. Прикосновение было сухим и формальным. На пальце сверкнул перстень с бриллиантом. Крис улыбнулась и заверила его, что всё в порядке.
– Как тебе компания? – спросил Игорь.
«Ярмарка тщеславия», – хотелось сказать ей, но она лишь выдавила:
– Всё замечательно, Игорь Сергеевич.
Ей было двадцать, ему – сорок восемь. И выходила она за него не по любви. Она была в отчаянии, когда в её жизни появился Игорь Сергеевич. Он возник из ниоткуда, словно ангел-хранитель, предлагающий ей спасение.
– Перестань обращаться ко мне по имени-отчеству. Скоро ты станешь частью этой компании, частью моей жизни и моей семьи, – сказал он, слегка сжимая её руку. – Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.
Он говорил это с такой уверенностью, и Крис почти поверила, что ее счастье – это его забота. Но где-то в глубине души она знала, что счастье на основе расчёта обречено на провал.
Музыка внезапно запнулась, заглохла на середине такта. Как и разговоры, которые ещё секунду назад бурлили, словно шампанское. В дверях появился парень, отличающийся от местной богемы. Потёртая кожаная куртка, порванные джинсы, из-под которых виднелись массивные берцы. В ухе – длинная серьга в форме пера, на шее и запястьях – россыпь татуировок. Среди накрахмаленных пиджаков и бриллиантовых колье он выглядел неуместно и странно.
Он остановился у столика с устрицами, скользнул взглядом по собравшимся, и на мгновение его взгляд задержался на Крис. Уголки губ дрогнули в лёгкой усмешке.
Игорь нахмурился, заметив незнакомца.
– Кирилл, что ты здесь делаешь? Я не приглашал тебя.
– Решил поздравить папочку с выгодной сделкой, – ответил Кирилл. Его голос был низким и хриплым, словно он только что пробудился ото сна. – И заодно полюбоваться на новую игрушку.
Он двинулся вперёд, не отрывая взгляда от Крис. Девушка почувствовала, как по телу пробежала волна мурашек. Игорь не говорил, что у него есть сын, и это знание было неприятным. Слишком сильно горел ненавистью его взгляд.
– Она не игрушка, – отрезал Игорь, и в его голосе прозвучала неприкрытая угроза.
– А кто же тогда? – спросил Кирилл, склоняясь к Арине, словно хищник, оценивающий добычу. – Твоя шлюха? Трофей? Спасение от тоски по умершей жене, которую ты сам загнал в могилу?
Игорь стоял, словно окаменев. Лицо его побагровело, жилки на висках вздулись. Губы его шевелились, словно он хотел что-то сказать, но не мог подобрать нужных слов. Вместо этого он просто процедил сквозь зубы:
– Замолчи, Кирилл.