– У тебя все хорошо?
Почему все спрашивают, хорошо ли у меня все. Все потрясающе. Я таяла под мягкими губами, забывая обо всем. Что еще мне было нужно. Никогда раньше я не испытывала ничего подобного и сейчас пыталась насладиться каждой секундой.
Егор обхватил меня за талию и посадил на колени. Пути назад не было. Я привстала и быстрым движением через голову сняла облегающее платье. Оно упало рядом с моими ногами.
– Вот так, значит.
Почему-то сейчас здесь с ним, я чувствовала себя самой красивой девушкой на земле. Я впервые наедине с парнем, смущаюсь, но не хочу останавливаться. Слишком долго я была взаперти. И оставшись в одном белье, я ждала реакции Егора. Но он не отвернулся. Парень с молящим восхищением изучал каждый сантиметр моего тела. Такой взгляд нельзя сыграть.
– Можно? – Он спрашивает разрешения, чтобы коснуться меня.
– Да.
Я прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением теплых рук. Его пальцы гладили мой живот, ребра, слегка задели грудь и остановились на шее. Парень тяжело задышал, а взгляд его затуманился.
– Мы еще можем уехать.
– Но не уедем. – Я улыбнулась, наслаждаясь своей дерзостью. Никогда еще я не ощущала так свое тело. Ладони парня неуверенно накрыли мои бедра, стараясь не касаться места ушиба. Но чем больше я прижималась к нему, тем увереннее он держал меня. Дыхание мое сбилось. А когда он поцеловал мое ухо, наслаждения достигло такого пика, что было больно от мысли, что это закончится.
– Пожалуйста, – еле слышно произнесла я.
Егор осмелев, сорвал с моей шее декоративную цепь и перевернул меня на спину. Затем снова накрыл меня поцелуем. Теперь я ощущала его язык. Он водил им по моим губам, заигрывая. Его теплое дыхание окутывало мою кожу, от чего я чувствовала очередную волну возбуждения.
– Нежная. – Произнес он, как будто сам себе.
Я сильнее прижала его, не оставляя пространство между нами. Ведь никто не узнает, что происходит за закрытой дверью.
Соната №5
Risoluto* (решительно, твердо).
Общество может травмировать. Самоощущение страдает из-за презрения окружающих. Мы уже не руководим своей жизнью, лишь плывём по течению, отталкиваясь об буйки чужих взглядов.
Заплаканная, я прибежала в комнату соседа. Руки мои дрожали, пока я пыталась разблокировать телефон. «Что я наделала?» эхом звучало в моей голове. Но комната оказалась пуста.
– Кто-нибудь? Здесь есть хоть кто-нибудь? – Мой голос сорвался на крик. Потеряв последние силы, я села на корточки и стала бить кулаками об пол.
Сосед вышел из душа и кинулся ко мне.
– Что случилось?
Рыдания заполнили комнату. Я плакала на плече у парня, имя которого я до сих пор не знала.
– Артем. Меня зовут Артем. – Как в утешении или от растерянности сосед поделился «сакральной» тайной. Затем сел рядом и прижал меня к себе, как уже делал однажды. Земляничная поляна снова унесла меня на лесную тропу.
Когда я готова была объясниться, то достала телефон. Дыхание мое выровнялось, но слезы не останавливались.
– Фото.
Артем молча взял телефон из моих рук и прочитал пост. Мне было стыдно еще раз смотреть туда. Я не могла поверить, что позволила себе такое.
Когда утром проснулась в своей новой комнате от непрерывно приходящих сообщений, то сначала подумала, что это папе не терпится сообщить мне пол будущего ребенка. Или хочет попросить, чтобы скорее вернулась от бабушки с дедушкой. Или Вероника беспокоится, куда я так надолго пропала.
Но перед моим взором предстала голая девушка в анфасе. Ее темные волосы рукой были зачесаны назад, а другой она впивалась в плечо мужчине, у которого сидела на коленях. Ее груди, шея и лицо были в центре кадра, и фотография несла явный сексуальный характер.
Меня затрясло. От нервов зуб на зуб не попадал. Я пыталась удалить пост или пожаловаться на автора, но не выходило. Во всех моих социальных сетях эта и еще пару подобных фотографий красовались в сообщениях и на главных страницах. Сколько их уже успели посмотреть людей? Я пролистала страницу вниз и читала комментарии, которые приходили один за другим. «Шлюха», «горячая соска», «а мне тоже дашь, оставь номерок», «давалка очередная». Каждое прочитанное слово, как гвоздь, входило в сердце и сбивало дыхание. Я закусила сильнее губу, чтобы справиться с болью и обидой, но почувствовала металлический вкус во рту.
Артему хватило минуты, чтобы понять.
– Отец видел?
Я кивнула, вспоминая пропущенные звонки на телефоне от папы.
– Жди меня здесь, поняла?
***
С яхты еще не успели убрать вчерашний мусор. Я чуть было не наступила на осколок от разбитой бутылки шампанского. Картина такая же печальная, как и мое утро.