И теперь возмужавший, и повзрослевший возвращался к семье.
Я знала о нем все. Его любимое блюдо. Какие отметки он получал в школе. Сколько раз лечил зубы и сколько раз это было после драк. Все его дурацкие прозвища и глупые привычки. И в другой город его отправили учиться далеко не за покладистый характер.
Вероника часто болтала с братом по видеосвязи и заочно мы были почти знакомы. Я молчала и густо краснела, когда подруга просила меня поздороваться и помахать рукой Егору в камеру. Потом я вжималась в кресло и кусала губы до болячек, разочарованная своим же стеснением. Почему я просто не могу спросить как дела?
– Ты сегодня со мной?
– Вообще нет настроения.
– Ты обещала. Эл, пожалуйста, пожалуйста. Хотя бы один раз ради нашей дружбы. Я буду твоей вечной должницей! – Умоляющий голос подруги не оставил мне ни малейшего шанса сказать нет.
– Ладно, только недолго.
Зеркало в ванной, перед которым я заплеталась каждое утро, сегодня впервые увидело Элю без косички. Ни то, чтобы я не могла сделать себе прическу или распустить волосы. Они мне всегда мешали. Да и косметики у меня почти не было, кроме увлажняющего крема, скраба для лица и высохшей туши.
– Попроси помаду у мачехи. Ну не съест же она тебя, в конце концов.
– Ладно, скоро буду. – Я нажала кнопку сброса и спустилась в спальню отца.
– Можно?
– Да-да. Заходи.
Я открыла дверь. Оксана только вышла из душа. Стоя в одном халате, она вытирала мокрые длинные волосы полотенцем. Я мялась у порога, не смея сделать шаг. Ведь эта комната когда-то была и маминой. Но сейчас здесь все поменялось. Когда Оксана переехала, отец сразу сделал ремонт. Некогда светло-оранжевые стены теперь были белоснежными, появился туалетный столик, и новая кровать стоит у окна. У мамы была аллергия на цветение, поэтому весной ставни плотно закрывались.
Оксана видимо тоже почувствовала себя неловко.
– Если хочешь, пойдем на кухню или к тебе в комнату?
Я мотнула отрицательно головой.
Сквозь шелковый халат пыталась разглядеть округлившийся животик, но мачеха была все такой же стройной. Мне хотелось убедить себя, что папа соврал за ужином. Или просто я его неправильно поняла.
Неловкая пауза грозилась затянуться, поэтому я прервала свои нелепые размышления и тихо спросила: – У тебя есть помада?
Оксана не сразу расслышала, что я спрашиваю. Но когда до нее дошел смысл просьбы, она засуетилась, не пытаясь скрыть радость и одновременно смущение. Выдвинув ящик у туалетного столика, минуты три она перебирала различную косметику, пока не собрала набор.
– Держи, нежно розовый и персиковый цвет тебе отлично подойдут.
Я с облегчением выдохнула. Персиковый – мамин любимый цвет.
– У вас вечеринка?
– Да, встреча одноклассников. Мы окончили школу и хотим все вместе увидеться еще раз.
– Папа знает? – Не дождавшись ответа, мачеха махнула рукой в мою сторону: – Не переживай. Скажу, что ты осталась ночевать у подруги. Вероника кажется?
Крылья радости несли меня в комнату. Приятно было осознавать, что Оксана поддержала меня. Надеюсь, она сохранит секрет. Губы я все же накрасила розовым блеском и зачесала волосы на левую сторону, сделав косой пробор. Синий сарафан и кеды сделали меня похожей на «красотку Веронику», а не на «пианистку Элю».
Я покружила Коула, который до этого преспокойно спал на подоконнике, зарывшись в плед. Кого я обманываю, мне нравилось ощущение пусть и мнимой, но все же свободы.
***
– Бунтарка, заговорщица, так еще и супермодель! – Вероника обняла меня. – Обожаю тебя, подруга.
Мы действительно пришли на вечеринку, только не одноклассников. Это была кирпичная многоэтажка с въездом через шлагбаум. Чтобы мы попали внутрь, к нам спустились знакомые ребята Вероники. На седьмом этаже мы повернули направо и зашли в небольшую квартиру, которая занимала два этажа.
– Никого тут не знаю. Привет, – смущенно ответила я парню, который подмигнул мне.
– Эл, Эл, мы тут не за этим.
Музыка играла слишком громко, я едва различала слова подруги.
– Подожди меня здесь. – Вероника указала на стол с выпивкой. – Только ничего не пей! И ни к кому не приставай.
Ха.
Я помотала головой. Как будто собиралась пить на вечеринке в чужой квартире, где никого не знаю и болтать со всеми этими взрослыми незнакомыми ребятами.
Тут ко мне сразу подошла девушка. По её неровной походке и пристальному, слишком долго задерживающему взгляду можно было догадаться, что она пьяна. Девушка попыталась налить себе газировки, но не смогла попасть в стакан, из-за чего облила весь стол. От досады ещё и грязно выругалась.