Яна одним резким движением приблизила утюг к бедру парня.
– Повторяй. Медленно и четко. Я никогда больше не обижу Миру.
– Чокнутые. Я вас засужу. Вы обе уедете на вахту в Сибирь. Я заплачу.
– Заплачешь. Заплачешь. – Повторила Яна слово с другим ударением. – Еще раз. – Яна опять нажала на кнопку пара. Горячий воздух обжег ляжку парню, и он взвизгнул. Она не шутила.
– Ладно. Я.., – и опять замолчал. Гордость встала у него в горле, не давая произнести спасительные слова.
– Еще раз. – Яна плюнула на разогретую панель утюга и ровным спокойным голосом повторила. – Еще раз. Громче. – Панель угрожающе зашипела.
– Я никогда не обижу.
– Миру.
Руслан сверлил меня злым взглядом. В какой-то момент мне стало его жаль.
– Говори! – Теперь Яна орала.
– Я никогда не обижу Миру. – Мне показалось, что парень плачет. Но нет, слез не было. Он был раздосадован и оскорблён.
– Умница! – Настроение подруги вдруг резко стало игривым, и она сделала контрольное нажатие, обдав паром, стоящий член. Парень по щенячьи взвизгнул, пытаясь уползти ближе к стенке кровати и спасти свою ценность.
Яна взяла телефон и сделала фото испуганного парня.
– Только не зови мамочку! – Съязвила она. Мы встретились взглядом и разразились смехом. – Плохие девочки победили плохого мальчика.
На сборы у нас ушло минут пять, и мы скрылись как мстители ночи.
– Думаешь, он усвоит урок?
– На какое-то время можешь быть спокойной. Если же нет, у меня дома ещё есть плойка и вафельница. – Мы снова рассмеялись.
Очередная прекрасная ночь в моей жизни. Люблю ночь. Ночью можно восстановить справедливость. Спасти невинного человека от нападок злых языков. Или испытать новые запретные эмоции. Мне понравилось чувствовать власть.
– Прощай, глупый мальчишка. Будешь знать, где место у твоего грязного язычка.
***
– Пойдешь на вечеринку?
– Я им не нравлюсь. Для них я белая ворона.
Артем стоял у доски и гладил себе футболку. Утюг в его руке вызвал во мне приятные вспоминания. Я улыбнулась.
– Почему?
– Потому что чужая. И не всем нужен повод, чтобы не любить кого-то. Например, та блондинка, которая прилипла к тебе, как жвачка в волосы. Ей я точно не нравлюсь.
– Ты красивее ее. Это резкий повод не любить тебя.
Это его объективная оценка? Мои глаза заблестели, но я не позволю себе растаять.
– Да, мои волосы темные или нос слишком острый. Может туфли слишком бежевые? Причиной может быть в чем угодно, – продолжила размышлять я на волнующую меня тему.
– Почему ты об этом думаешь?
– Может, лимит любви этих людей исчерпан, и я в черном списке лишь потому, что места в их эмоциональном позитивном поле уже все заняты? Они не хотят даже попытаться разглядеть во мне что-то хорошее?
– А с чего ты решила, что эта компания ждет от тебя выдающихся способностей? Или их волнует твоя положительная сторона? И вообще, почему ты должна меняться, чтобы им нравится? Тебя определяют не люди, которым ты нравишься, а качество твоей души и преимущества твоей воли.
– Сильно. Только мне придется сегодня вести беседы со своей душой и пить на брудершафт со своей волей в одиночестве.
Артем усмехнулся.
– Может, стоит уже забить на все и делать то, что тебе хочется?
Что у вас с блондинкой? С Лизой. – Вертелся вопрос на моем языке. Но я никак не могла оценить уместность этого вопроса. Да и почему меня это вообще должно волновать. Я вчера сама его отшила.
– Ты нравишься Мише.
Миша. Он сватает мне своего друга. Сегодня настроение соседа снова задумчиво-отстраненное. Артем делает вид, что не предлагал мне вчера провести время вместе. Формально я ему не отказывала. Просто заболела. Но это не был отказ. Мы могли бы провести время как друзья.
Это очевидно, было бы не свидание. Но хоть сказал бы, что будет занят. Стыдно признаться, я как дура ждала, хоть и старалась этого не показывать. Но полдвенадцатого, когда Яна ошарашила меня своей турбо идеей, я уже понимала, что Артем не придёт.
Я искала причины в себе, почему не состоялась наша вечеринка вдвоем. Я что-то не то сказала? Разбирая по косточкам наш последний диалог, я не находила в нем никаких конкретных зацепок. Может, он передумал, потому что я четко не сказала да? Но и я не отказывалась. Или все дело в касаниях? Ему не понравилось держать меня за руку. Иначе, почему он отдернул свою руку. Я ему противна. Но он только что сказал, что считает меня красивой. И вчера говорил. Этого недостаточно? Или я не интересная для него? У меня взрывается голова.
Утром Артем только вернулся домой и опять собирается на какую-то встречу. И зовет меня. Значит, проведем время в компании. Ладно. Я чувствовала себя идиоткой, что уже что-то себе надумала. Я обжигалась, а мы просто друзья. Сколько раз я это уже себе сказала?