Я провела рукой по столу. Пыли не было. Меня ждали. К глазам подступили слезы. Тетради с нотами так же лежали на полке нетронутые, как я и оставила их в последний раз. В моей кружке с носорожкой налит любимый сладкий чай с мелиссой и несколько свежих пряников с орехами ждут меня на подносе.
Прошел месяц с тех пор как я сбежала, и вот снова тут. Но останусь ли я? Мои запястья стали тоньше, а под ногтями скопилась грязь. Волосы едва достают до плеч, и лицо потеряло детскую мягкость.
В дверь постучали и Коул проснувшись, мяукнул. Сердце замерло. Я уже по шагам знала, что в комнату войдет папа.
– Можно?
Тоска разъедала мое сердце. Лишь на секунду я помедлил. Но когда увидела родной теплый, но тревожный взгляд, то кинулась в долгожданные объятия.
– Прости, – слезы лились неиссякаемым потоком.
Папа обнял меня, стараясь прижать как можно сильнее к себе.
– Я рад, что ты снова дома. Ты проспала сутки, мы переживали.
Как я здесь оказалась? Вопрос вертелся у меня на языке. Но я знала ответ. Артем меня привез. Он же был знаком с Вероникой, это точно она дала ему адрес. Папа прочитал вопрос в моих глазах.
– Артем привез тебя вчера, – подтвердил он мои догадки. – Сказал, что теперь все будет хорошо. Ты плохо выглядела, бледная и такая «другая», но теперь ты дома.
Папа смотрел на меня, но в глазах читалось удивление. Как за месяц можно было так измениться? Повзрослеть. Больше не было его маленькой пианистки Эли.
– Вы знакомы?
– Как можно было утаить что-то от полковника, – папа горделиво рассмеялся. – Да, он уже приезжал, после того как ты пропала. Мы познакомились, и он сказал, что ты живешь у его сестры. Обещал за тобой приглядывать. Это я дал адрес Сергея, когда узнал, что ты все-таки решала его найти. Потом еще приезжал, когда забирал кота, сказал, что ты в порядке и что скучаешь.
Я вздохнула. Артем. Меня раздражал тот факт, что он не мог разобраться со своим отцом, поэтому решил подружиться с моим. Я не просила его лезть в мою семью. Но да, просила о помощи в поисках другого отца. Он воспользовался самым простым вариантом, да еще и без моего ведома, вернул меня домой. Но как папа сразу ему доверился?
– Но я очень переживал, потому что знал, что Сергей сидел за убийство. Ты, наверное, очень болезненно отнеслась к этой новости. Преднамеренное, заранее спланированное, ему дали пятнадцать лет. Твоя мать еще была жива тогда и знала об этом.
Я прикусила губу, чтобы не выдать удивление. Как я могла надеяться, что в тюрьму строгого режима сажают за мошенничество. Мой отец убийца. Хладнокровный и жестокий. Мне сложно было подобрать слова, чтобы извиниться перед папой. Я больше не хотела ничего знать о биологическом отце, этого достаточно. Он сам выбрал свой путь. Я не похожа на него. Но я обидела своего настоящего отца, близкого и родного, и не могла себе этого простить.
– Прости, – я не смогла остановить слезы, что предательски стекали по щекам, выставляя напоказ мое полное поражение.
Папа тут же перевел тему, чтобы не дать мне совсем разрыдаться.
– Все пройдет, милая. Мне позвонили из консерватории и сказали, что зачислили тебя. Хоть ты и сыграла всего одно произведение, оно очень впечатлило жюри. Я объяснил твой побег плохим самочувствием, и в сентябре они ждут тебя на учебе.
Мне сложно было за улыбкой скрыть страх. Я не смогу больше никогда играть. Оцепенение сменилось панической атакой, когда я последний раз в живую касалась клавиш. Мне хотелось бежать. Но не врать, хоть я и могла сказать, что хочу поступить на юридический или экономический, даже информатику я хорошо сдала, хоть в этом и не было необходимости. Поэтому я просто кивнула. У меня еще есть время, чтобы разобраться с этим. Может я успею еще поступить в другое место и мне дадут общежитие и стипендию, чтобы я не напрягала отца и мачеху. В конце концов, еще несколько дней назад я вообще не заботилась о своем будущем.
– Ты останешься? Оксана переживает за тебя. Она больше не общается с той подругой.
Мне хотелось остаться. Я закрывала глаза на ту боль, что причинила папе, мне казалось, что так всем будет лучше.
– Останься хотя бы до тех пор, пока не будешь уверена, что готова уйти. Что у тебя есть силы. Я хочу, чтоб ты была в безопасности и счастлива. Рядом с нами или нет решать только тебе.
Я кивнула, чтобы успокоить его. Мои эгоистичные порывы перевернули мою жизнь и жизнь окружающих меня людей с ног на голову. Мне хотелось объяснить все, оправдаться. Может, стоит начать сначала, но уже по-другому.