***
Мы заехали в торговый центр и купили торт к чаю. Я присматривала турку для кофе. Папина старая уже совсем потеряла вид. Но Артём объяснил, что лучше той, что есть у нас сейчас, не найдём. Поэтому предложил купить кофемашинку, для разнообразия. Папа очень любил кофе, и пил его каждое утро. Мы выбрали не самую дорогую, но Артём все равно не дал мне оплатить подарок.
Я так и работала в театре, но теперь ко мне обращались за помощью однокурсники, чтобы я помогла им сделать рефераты или проверочные работы, ведь я больше не выглядела как "убийца вампиров". Теперь у меня хватало денег не только на первичные расходы.
Я набрала еще всяких пакетиков кофе с разными вкусами, чтобы папа мог опробовать все. Себе я взяла горячий шоколад, так как не планировала пить алкоголь.
Предупредила папу, что буду не одна. Но мне сложно было объяснить, кем мне приходится Артем. Просто друг. Но вместо рубашки и джинс, я надела новое шелковое платье на тоненьких бретельках. В цвете топленого молока оно отлично смотрелось с коротким белым пиджаком. Платье было достаточно длинным, но из-за узкого кроя подчеркивало все изгибы тела. Волосы я завила плойкой и уложила в беспорядке, глаза подчеркнула темными тенями в уголках. Да, просто друг.
С порога нас окутало теплом и ароматом специй. Оксана запекла горшочки в духовке, с картошкой и грибами. В животе заурчало. После пицц из столовой и салатов с горошком – это пища Богов. Я гордилась, что у меня такой уютный дом и гостеприимная семья.
Папа обнял меня, а Артему пожал руку. Он выглядел отлично. Гладко выбритые щеки, свежая отглаженная до идеала рубашка и новые часы на руке. Скорее всего подарок жены. И Оксана в свободном трикотажном лиловом платье, буквально порхала, хоть и животик уже был огромный. Через несколько недели подходил срок родов. Я в этом вообще не разбиралась, но папа звонил часто и все в подробностях рассказывал. Тут уж трудно забыть, когда у меня появится братик. Папа заразил своей гиперопекой настолько, что уже даже я стала переживать, как все пройдет.
Оксане мы тоже купили небольшой презент из детского отдела магазина, маленькую шапочку для новорожденного и носочки. Мне показалось это милым, выбирать детскую одежду. Артем даже помог выбрать цвет. Мы взяли не синюю, как обычно берут для мальчиков, а темно-кофейную.
Кроме нас, папу приехали поздравить ещё друзья со службы с жёнами. Мы, чтобы не мешаться на кухне, поднялись в мою комнату. Артем долго рассматривал фотографии на стене и даже заглянул в нотные тетради.
– У тебя счастливая семья. – Почему-то я уловила неловкость в его голосе. Он чувствовал себя некомфортно в атмосфере заботы, потому что у него так никогда не было. — Мама давно не живет с нами. Но она не знала, на кого оставляла нас. Высокомерный тиран всегда выпускал всю злобу и обиды на нас. Он считал, что только так может сделать из нас людей.
– Мой папа всегда создавал вокруг себя любовь и заботу. Они с мамой были счастливы, и я не знала боли, пока она не умерла. Но и Оксана семейный человек, она заботится о папе и обо мне.
Я не видела глаз парня, поэтому коснулась рукой его спины, чтобы он повернулся.
– Мне не хватает этого. Мужских разговоров, понимания или примера, как справляться с потерей и болью, не убегая в алкоголь. Я хотел, чтобы в жизни был человек, который мог бы объяснить, как, и что делать. Тогда бы я избежал многих ошибок. Мне пришлось учиться только на своём опыте и набивать шишки. Но теперь это все неважно.
– Невозможно прожить жизнь идеально. Бояться, не понимать – это тоже часть нашей жизни. Мы должны разобраться во всем и найти то, ради чего просыпаться по утрам и радоваться новому дню.
– Я всегда хотел доказать ему, что я лучше. Лучше, чем он. Но в какой-то момент понял, что эта злость меня убивает, и я все больше становлюсь похожим на него. Я не хочу ненавидеть. Но и простить не могу. Ему и не нужно прощение.
Я развернула парня к себе. Глаза его были опущены в пол и как будто погасли. Рукой я провела по его щеке, боясь сделать лишний вздох, кожа такая же нежная, как я запомнила.
– Ты не он. Как и я не Катя. Мы сами живём свою жизнь, и сами делаем выбор как её проживать. Они делали свои ошибки. Но мы тоже. Вопрос лишь в том поймем ли мы это и сможем исправиться и измениться.
Стук в дверь рассыпал магию между нами. Я почти заплакала, потому что такие моменты у меня были только с ним. Когда я могла быть честной и открытой, и это помогало взглянуть по-новому и на себя.
– Все готово, ждём только вас, – папа не зашёл в комнату, уважая мое пространство. Его голос звучал неловко за дверью.
– Идём, а то он подумает, что мы тут чем–то занимаемся.