Охранник не улыбался, но и не шарахался от меня как от прокаженной, он покорно выполнял приказ Игоря, следить за мной.
– Когда я могу поговорить с ним? – Задала я очередной вопрос, когда мне принесли еду. На подносе в тарелке лежало мясное рагу, хлеб, чай, и на тарелке сырная и мясная нарезка.
– Очень по-мужски. А овощей нет?
Я съела все, что мне дали. Даже мясо, которое не любила. Боялась, что настроение хозяина дома может быть переменчивым. Сегодня кормят, завтра голодом морят. Если бы у меня остался хлеб, я бы его тоже припрятала.
– Скоро вы поговорите.
После этого меня оставили одну. Глаза закрывались, когда я прилегла полежать на мягкую кровать. Но я пересилила себя и заставила встать и выйти из комнаты.
Прошерстив второй этаж, и натыкалась только на закрытые двери, поэтому спустилась вниз на первый. Здесь была только кухня и небольшой холл. Наверху, скорее всего под замком кабинет Игоря и спальня. Но, где комната Кати, или дом купили позже?
Чтобы скоротать время, сбегала забрала грязную посуду, намыла ее и вытерла полотенцем, что висело здесь же. В доме было так тихо, что создавалось впечатление, что я тут одна. Лишь легкое посапывание доносилось из коридора, где спали собаки. Да, с такой охраной и люди не нужны.
Я выдвигала один ящик, за другим в поисках чего-то острого и небольшого, что можно спрятать в одежде. Но тут я услышала, что кто-то открывает дверь.
– Ребята сейчас принесут тебе одежду, можешь принять душ и переодеться. Тебя никто не тронет.
– Помню, вы угрожали и обещали..
– Да я помню, что обещал, тогда я был очень пьян и зол, а ты была моей галлюцинацией, которая восстала из мертвых и пришла корить меня за грехи. Но я больше ни капли. Тогда я был не в себе. – Голос мужчины звучал низко и грубо. Но без злобы. Скорее тоскливо.
Очень походило на извинения. Я кивнула, не до конца веря словам. Он хочет усыпить бдительность.
– После того как отдохнешь, приходи в кабинет, поговорим. И положи столовый прибор на место, он тебе здесь не пригодиться.
Лицо было невозмутимым, но я подумала, что лучше положить овощечистку на место, раз все равно о ней уже знают.
Пока я развешивала полотенца, ко мне бесшумно подкралась одна из собак. Ротвейлер поскряб пол лапой за моей спиной так, что я чуть было, не простилась с душой. Но когда я посмотрела в эти спрятанные под складками глаза, то немного расслабилась. Две грустные, голодные пуговицы просили у меня сладкого. Они больше не считают меня едой. Я у них дома, и поэтому своя для них. Как мило.
Но меня пугали такие перемены. За мгновение я переместилась на другую сторону баррикад.
На столе прямо у меня под рукой стояла большая корзина с зефиром.
– Мне не разрешили вас кормить. А хозяина вашего я боюсь больше чем вас.
Собака жалобно проскулила.
– Ладно. Как тебя зовут? Ты девочка, значит Дездемона. А вдруг у тебя сахарный диабет или аллергия на сахар. Меня же потом точно никто не найдет. Уверена, Игорь собак любит больше чем людей.
Дездемона опять поскребла лапой, а потом прижала морду к моей ноге, намазав на неё немного слюней.
– Один кусочек. И обещай никому не говорить.
Собака залаяла.
– Тише, девочка. А то сейчас и твои дружки прибегут.
Я отломила небольшой кусочек и приложила к клыкастой морде. На удивление она очень аккуратно слизала сладость, и вернулась обратно охранять дверь.
После душа я расчесала волосы и переоделась в свободный вельветовый костюм на молнии. Не стала тратить время на сушку волос, поспешила в кабинет к Игорю. Мне нужны ответы.
– Я тебя не держу. Ты можешь уехать в любое время. Я знаю, что ты учишься. – Сложно не догадаться.
– Я распорядился, новое фортепиано привезут в холл завтра, и я буду очень раз слышать его звучание каждый день. Ты напоминаешь ее. Смотрю на тебя, и хочется верить, что она вернулась. Я хочу, чтобы ты осталась, я дам тебе все. Любое образование, деньги, наследство.
Мне не хотелось принимать участие в этом цирке. Я что вещь? Мной можно кого-то заменить?
– Но я не она.
– Я знаю. Меня разъедает вина, за то, что я не смог ее уберечь.
Или за то, что довели ее до этого?
– Катя всегда мечтала иметь дом, где будет достаток. Я обещал ей заработать. Обещал, что мы поедем отдыхать на море. Я слишком много работал.
– Егор не виноват, вы это тоже знаете? – Я ходила по тонкому лезвию, любое неточное слово может вывести его из себя. И кто мне поможет в этом доме в глуши?