Один из Префектов — тот, что стоял в центре, чуть выше остальных, — сделал шаг вперед.
Он не шел по ступеням. Он плыл над ними, не создавая вибрации.
Он поднял руку. Его пальцы в черной «перчатке» сложились в жест, напоминающий лезвие ножа.
Воздух перед ним дрогнул.
В вакууме начала формироваться линия. Тонкая, прозрачная, едва заметная искажением света.
«Вакуумный Клинок».
Это было оружие, которое резало не материю. Оно разделяло молекулы. Оно не оставляло рваных ран — оно просто отменяло связь между клетками. Оно резало саму концепцию целостности.
Лира видела, как этот клинок формируется. Он был нацелен ей в шею.
Она попыталась отползти. Но её тело не слушалось. Гипоксия уже ударила в мозг. Перед глазами плыли цветные круги. Конечности налились свинцом. Она была бабочкой под стеклом, наблюдающей, как опускается булавка энтомолога.
Префект сделал резкое, рубящее движение рукой.
Клинок сорвался с его пальцев.
Он летел беззвучно. Смерть, которую нельзя услышать, нельзя почувствовать, пока твоя голова не упадет на пол.
«НЕТ!»
Крик Кассиана в её голове был таким громким, что Лира зажмурилась.
Кассиан дернулся.
Он попытался перехватить атаку, как он сделал это с копьем в Галерее. Он выбросил руку вперед, пытаясь создать щит из тьмы, закрыть Лиру собой.
Но в этом поле его магия была медленной. Слишком медленной. Он боролся с сопротивлением среды, которую контролировали враги.
Теневой щит сформировался с опозданием на долю секунды.
Вакуумный клинок прошел сквозь край щита, разрезав тень, как бумагу. Он задел плечо Кассиана — то самое, здоровое, правое.
РАЗРЫВ.
Звука не было.
Был визуальный шок. Черный сюртук и «плоть» под ним разошлись. Глубокий, идеально ровный разрез. Из него не потекла кровь. Из него вырвался густой черный дым под давлением.
Кассиан пошатнулся. Ударная волна от разрыва его оболочки отбросила его в сторону.
Клинок, потеряв часть энергии, изменил траекторию, но не остановился. Он ударил в мраморную ступень рядом с головой Лиры.
Камень не треснул. Кусок мрамора размером с голову просто исчез, превратившись в облачко мелкой, серой пыли. Пыль осела на щеке Лиры.
Если бы он попал в неё...
Лира открыла рот в крике, но из него вырвался только сип.
Префекты не остановились. Они не знали жалости. Они были функцией.
Они действовали как единый механизм. Центральный Префект перезаряжал клинок, снова складывая пальцы. Двое боковых начали сжимать купол, усиливая давление.
Лира почувствовала, как её грудную клетку сдавливает пресс.
Капилляры в носу лопнули. Кровь потекла по губам, но она не капала — она размазывалась по лицу из-за искаженной гравитации. Вены на висках вздулись.
Ей нечем было дышать. Её сердце билось так громко, что казалось, оно сейчас пробьет ребра изнутри.
«Тук-тук-тук-тук-тук...»
Ритм паники. Ритм птицы, бьющейся в стекло.
Она посмотрела на Кассиана.
Он стоял на одном колене. Рана на плече дымилась, края разреза пытались стянуться, но магия Префектов мешала регенерации. Поле давило его к земле, пытаясь развоплотить, загнать его форму обратно в первичный хаос.
Он встретился с ней взглядом.
Его черные глаза были полны ярости. Но это была ярость не на врагов. Это была ярость на себя. На свою слабость. На то, что его «человеческая» форма, которую он носил как костюм, оказалась такой уязвимой.
Он видел, как Лира задыхается. Видел кровь на её лице.
«Они хотят тишины?» — его мысль ворвалась в сознание Лиры, пробив ментальный блок префектов. Она была окрашена красным цветом боли. — «Они думают, что могут переиграть меня в моей стихии? Они думают, что их искусственный вакуум сильнее моей Бездны?»
Он начал подниматься.
Это выглядело страшно. Его кости хрустели (или это был звук ломающегося пространства?). Тьма вокруг него начала бурлить, игнорируя подавляющее поле. Она становилась не жидкой, а газообразной. Колючей.
Префекты заметили это.
Все трое повернули свои безликие маски к нему.
Они поняли угрозу. Резонатор перестал пытаться играть по их правилам. Он перестал пытаться использовать магию как инструмент.
Он обратился к своей физике.
Центральный Префект снова поднял руку. На этот раз он не формировал один клинок. Он формировал сеть. Паутину из вакуумных лезвий, которая должна была нашинковать Кассиана на мелкие кубики, рассеять его сущность до состояния атомов.
— Умри, — беззвучно произнесла маска. Это слово сформировалось в воздухе ледяным паром.