Элоди напряглась. Слово «дневник» сработало как триггер.
— Лира, успокойся, — Элоди подошла ближе, протягивая руки, словно хотела успокоить дикое животное. — Какой дневник? Ты же сказала, что ничего не нашла в театре.
— Я соврала! — выкрикнула Лира, резко поворачиваясь к ней. — Конечно, я соврала! Я никому не могу доверять. Даже тебе. Особенно тебе!
Это была рискованная игра. Лира ходила по лезвию, смешивая правду и ложь.
— Ты ведешь себя странно, — голос Элоди стал жестче. — Ты пугаешь меня. Если у тебя есть что-то опасное, мы должны отдать это Матроне. Она защитит.
— Матрона?! — Лира рассмеялась, и этот смех был похож на лай. — Матрона сожжет его! Там доказательства, Элоди! Там написано, кто убил их!
Глаза Элоди сузились.
— Кто?
— Я не знаю имени... пока, — Лира метнулась к тумбочке и схватила книгу с торчащим листом. Она прижала её к груди. — Но Амелия спрятала главную улику. Она написала, где искать.
Взгляд Элоди прикипел к книге. Лира чувствовала этот взгляд физически — как липкое прикосновение.
— Покажи, — сказала Элоди. Это была не просьба.
— Нет!
— Лира, не будь идиоткой! — Элоди сделала выпад, пытаясь выхватить книгу.
Лира отшатнулась, «случайно» споткнувшись о перевернутый стул. Книга вылетела из её рук и упала на пол. Она раскрылась. Поддельный лист выскользнул и лег прямо у ног Элоди.
Время замедлилось.
Элоди смотрела на лист. Лира, лежа на полу, смотрела на Элоди.
Соседка не бросилась помогать подруге. Она жадно, хищно впилась взглядом в текст. Её глаза бегали по строчкам, считывая информацию.
«Большой Зал. Орган. Третья труба...»
Лира видела, как губы Элоди беззвучно шевелятся, повторяя координаты. Она запоминала.
— Не трогай! — закричала Лира, бросаясь вперед и накрывая лист ладонью.
Она сделала это на долю секунды позже, чем нужно. Специально. Она дала Элоди время прочитать.
Элоди отступила на шаг. На её лице на мгновение промелькнуло выражение триумфа — холодное, злое торжество. Но тут же сменилось маской испуга.
— Господи, Лира, ты совсем больная, — выдохнула она. — Ты держишь у себя улики. Ты понимаешь, что тебя исключат? Или посадят в Башню?
Лира, сидя на полу, дрожащими руками скомкала лист и сунула его в карман.
— Они не найдут его, — прошептала она. — Я заберу его сегодня. Во время концерта. Когда все будут смотреть на сцену, я проберусь к органу и заберу настоящие доказательства. И тогда все увидят.
— Во время концерта? — переспросила Элоди. В её голосе звучала нотка расчета.
— Да. Шум заглушит шаги. Никто не заметит.
Элоди медленно кивнула.
— Хорошо, Лира. Делай, что хочешь. Но я в этом не участвую. Я не хочу проблем.
Она развернулась и пошла к двери.
— Куда ты? — крикнула Лира ей в спину.
— В библиотеку, — бросила Элоди, не оборачиваясь. — Мне нужно подготовиться к семинару. А тебе нужно поспать. Ты бредишь.
Дверь захлопнулась.
Лира осталась сидеть на полу среди разбросанных вещей.
Как только шаги Элоди стихли в коридоре, дрожь Лиры прекратилась. Безумный блеск в глазах погас, сменившись ледяным спокойствием.
Она медленно поднялась, отряхнула юбку.
Элоди не пошла в библиотеку. Лира знала это. Элоди пошла к Крещендо. Или к Матроне. Или к Юлиану. К кому-то, кто дергает её за ниточки.
Она передаст им всё: про орган, про улику, про план Лиры забрать её во время концерта.
Мышеловка захлопнулась. Но внутри была не мышь. Внутри был динамит.
Лира подошла к окну. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая шпили «Элизиума» в цвет крови. Скоро начнется Ежегодный Осенний Концерт. Главное событие сезона.
Юлиан будет выступать. Весь цвет магического общества будет там.
И убийца тоже будет там. Он не сможет устоять. Страх разоблачения погонит его к органу, чтобы уничтожить «улику» до того, как до неё доберется Лира.
Но в органе не будет никакой улики.
Вместо этого Лира подготовила кое-что другое.
Она достала из кармана скомканный лист — тот самый, который только что показывала Элоди. Она разгладила его.
Это была не единственная заготовка.
У неё была еще одна страница. Настоящая страница из дневника Амелии, которую она расшифровала ночью. Та, где описывался «Разрывающий Каданс» — любимый прием убийцы.
Лира собиралась использовать эту страницу как оружие.
— Ты любишь внимание, Юлиан? — прошептала она, глядя на заходящее солнце. — Сегодня ты его получишь. Столько, что захлебнешься.