Молодая Матрона Армония возвышалась над ним.
В её руке серебряный камертон всё еще гудел, испуская бледное, властное сияние. Она сжала его крепче, до побеления костяшек. Это был момент её коронации.
Она медленно оторвала взгляд от монстра и повернулась к остальным.
В углу, скорчившись за опрокинутым шкафом, сидел юный Крещендо. Его лицо было мокрым от слез, очки разбиты. Он смотрел на Матрону с ужасом и благоговением. Он видел всё. Он видел, как она не нажала кнопку.
Матрона встретилась с ним взглядом.
В её глазах не было раскаяния. В них был холодный расчет хирурга, который только что ампутировал гангренозную конечность, чтобы спасти тело.
— Слушайте меня, — произнесла она. Её голос был твердым, звонким, перекрывающим стоны раненых.
Она подняла руку с Ключом, демонстрируя его всем.
— Директор Верес мертв. Он пожертвовал собой, чтобы сдержать прорыв Бездны.
Это была ложь. Первая, фундаментальная ложь, на которой будет построен «Элизиум» следующего столетия.
— Эксперимент вышел из-под контроля, — продолжила она, чеканя слова. — Но я стабилизировала ситуацию. Сущность захвачена.
Она посмотрела на Кассиана, который продолжал бороться с невидимыми путами, его черные глаза горели ненавистью.
— Он опасен. Он — хищник. Но он — наш хищник. Мы запрем его. Мы будем изучать его. И мы используем его, чтобы очистить этот мир. Это то, чего хотел Директор.
Она переписала историю за десять секунд. Предательство превратилось в подвиг. Ошибка — в стратегию.
— Крещендо, — позвала она.
Мальчишка вздрогнул.
— Ты видел, как погиб Верес? — спросила она. В её голосе звучала скрытая угроза.
Крещендо сглотнул. Он посмотрел на кучку пепла, оставшуюся от его кумира. Потом на Матрону, которая держала в руках абсолютную власть.
— Да, — прошептал он. — Он... он герой.
Матрона кивнула. Уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке.
— Запечатать сектор, — скомандовала она. — Никто не входит и не выходит без моего разрешения. С этого дня я беру на себя управление проектом «Резонатор».
Картинка начала рассыпаться. Реальность 1924 года выцвела, превращаясь в сепию, а затем распалась на пиксели тьмы.
РЫВОК.
Лиру выбросило обратно в настоящее.
Она упала на грудь Кассиана, который всё это время держал её, стоя на коленях у саркофага. Её легкие судорожно втянули затхлый воздух подземелья.
— Она... — прохрипела Лира, хватаясь за лацканы его сюртука, чтобы не сползти на пол. — Она украла тебя.
Кассиан не ответил. Он медленно убрал руки с крышки саркофага. Его лицо было застывшей маской, но в глубине глаз бушевал шторм.
Для него это воспоминание было свежим. Он прожил его заново вместе с Лирой. Он снова почувствовал вкус Вереса и тяжесть невидимого ошейника на шее.
— Она не Хранительница, — сказал он тихо. Его голос отразился от стен «Свинцового Мешка» глухим, мрачным эхом. — Она — мародер. Она построила свою империю на трупе учителя и на моей цепи.
Он помог Лире подняться. Её ноги дрожали, но разум был ясным, как никогда. Холодная ярость выжгла остатки страха.
Лира посмотрела на пустой саркофаг.
— Ключ, — сказала она. — Тот самый камертон. Он всё еще у неё. Я видела его на концерте. Она носит его на шее, как украшение.
— Это не украшение, — ответил Кассиан. — Это поводок. Пока Ключ у неё, она может заставить меня замереть. Она может отправить меня обратно в камень. Или...
Он замолчал, глядя в темноту.
— Или она может передать его другому, — закончила за него Лира.
Пазл в её голове наконец-то сложился в полную, страшную картину.
Крещендо.
Старый архивариус, который был там, в 1924 году. Мальчишка, который видел рождение бога и солгал ради Матроны.
Он ждал сто лет. Он служил ей, он покрывал её ложь, он был верным псом. Но всё это время он завидовал. Он хотел не служить силе, он хотел быть силой.
— Крещендо убивает студентов, чтобы создать «Квинтэссенцию», — быстро заговорила Лира, мысли неслись галопом. — Он хочет стать Новым Резонатором. Но он знает, что Матрона никогда не позволит этому случиться. Она держит монополию на власть.
Она схватила Кассиана за руку.
— Он не просто хочет стать монстром, Кассиан. Ему нужен Ключ. Без Ключа он не сможет контролировать свою новую форму. Или тебя.
Кассиан кивнул.
— Если он введет себе сыворотку и завладеет Ключом... он поглотит меня. Он станет единственной Бездной в этом мире. И тогда Матрона станет историей. Как Верес.
— Значит, нам нужно забрать Ключ первыми, — сказала Лира.
Это звучало как безумие. Отобрать главный артефакт у сильнейшего мага звука, находясь в розыске, в подземелье, без ресурсов.