- Меня интересует кулон или медальон, может быть подвеска. Круглой формы, вероятно открывается. Есть такое? – я рассматривал то, что старик разложил передо мной.
- Личный интерес, да, господин?
- И да, и нет. Скажем так, интерес всей моей семьи. Древняя, давно утерянная реликвия, - и тут я увидел серьги, и, видимо, торговец что-то увидел в моих глазах.
- Серебро, работа немецких ювелиров, эпоха Бидермайер, камея в виде античной госпожи из кости. Какие детали, а? Тщательная проработки лиц, как изящно передана текстура волос. Серебро высшей пробы, позолота! Такую вещь передавали по наследству, но один обедневший дворянин продал их мне. Я могу продать эти красивые серьги вам, - хитрый взгляд уперся в мое лицо.
- Мне нравится, - ответил я. – Я куплю их. И жду информацию по моему запросу.
Старик хлопнул в ладоши.
- Ах, ваш запрос. В моей коллекции нет очень старых медальонов, похожих на ваше описание, господин. Но я знаю, кто может помочь. Серьги упаковываем?
- Упаковываем. И напишите мне адрес того, кто знает что-то про древние медальоны по моему запросу.
- Ну, разумеется! Обождите, господин, сейчас Исаак вам всё организует.
Я покинул лавку с плотным бархатным мешочком и сложенной бумажкой с адресом местечка, где обитал антиквар, который, по словам торговца «Пыльной лавки» мог что-то знать об артефакте.
Бросив взгляд на часы, я понял, что не успею до рассвета – оставалось чуть меньше часа, поэтому я отправился не в особняк, а к себе домой. Я подумал, что отнести в рабочий кабинет серьги, которые я планирую подарить вечером смертной девушке, странная затея. И показывать никому не планировал, я хотел получить первое впечатление от старинной вещицы только от Стефании.
Так как поиски мне предстояли дальние, сегодня я был на своём японском авто. Особняк вырос, словно из ниоткуда, представлял собой монолит из темного, почти черного бетона и стекла. Я постарался отстроить его в стороне от большого количества людей, поэтому он располагался под холмом, и удачно скрывался в пролеске. Никаких украшений и излишеств, геометрические формы и гладкие поверхности.
Загнав машину на территорию, я заблокировал ворота, и шагнул через порог моего одинокого жилища. Оттенки серого, черного и белого, лаконичная и функциональная мебель. Я не мерз, и мне не требовалось удобство. Стекло, полированный камень, немного оружия на стенах. С появлением системы «умный дом» я оборудовал дом комфортной температурой, и важными для меня автоматическим жалюзи, которые закрывались с рассветом и открывались с закатом. Сложная система безопасности обеспечивала полную неприкосновенность моих секретов.
Несмотря на всю современность, мой дом дышал вечностью. В библиотеке, которая занимала целое крыло, хранились древние фолианты, реликвии, добытые мной за века жизни. В винном погребе я хранил странные вина и напитки, которые служили мне напоминанием прожитых эпох.
Это было мое идеальное убежище, где не было места смертным.
Но именно сейчас, выложив серьги из бархатного мешочка на стекло стола в гостиной, я представил, как Стефания, поджав под себя ноги, рассматривает их с милой улыбкой.
Я потерял счет времени, и не заметил, как ставни опустились и дом погрузился в такой знакомый и любимый мрак. Я пришел в себя от звонка смартфона.
- Что-нибудь узнал об артефакте?
Эмиль слушал внимательно, не перебивая, иногда задавая уточняющие вопросы, но в целом – мой рассказ не был длинным.
- Завтра отправлюсь с тобой. Не терпится, - голос главы был спокойным. – Ты где, кстати?
- Дома, - лаконично ответил я. – Я нужен?
- Отдыхай. Вечером я навещу тебя. У тебя же сегодня сви-да-ни-е, - он хихикнул. – Виктор! Мой хладнокровный безжалостный Виктор идет на свидание!
У главы была потрясающая способность обрывать разговор. Когда он считал, что разговор окончен, то так быстро сбрасывал звонок, что не успевал сообразить, что произошло.
Эмиль.
Я положил трубку и перевел взгляд на жену.
Моя непокорная, своенравная Алиса смотрела на меня со смесью удовлетворения и веселья.
- Ты все время говоришь о Ви, как будто бы он – настоящее чудовище. Хотя он такой славный!
Я хмыкнул.
- Ты его плохо знаешь, - отреагировал я.
- Может, теперь ты расскажешь о нем? Прошло уже шесть лет, как ты меня обратил, и я столько раз просила тебя…