- Он способен к сотрудничеству? – Мадлен перешла к «What a wonderful world».
- Что ты имеешь в виду?
- Может ли он сотрудничать с нами? Не болтлив ли он? Судя по тому, что мне удалось узнать, мы найдем с ним общим язык, но я хотел узнать у тебя, как у вампира, который смог сблизиться с этим закрытым Артуром Элиава.
Эльвира задумчиво слушала певицу, рассматривая танцпол.
- Я ему сейчас позвоню, прямо при тебе, - и она взяла свой смартфон с барной стойки. Приложив трубку к уху, некоторое время вампирша молчала, а потом начала разговор:
- Привет-привет. Давно не созванивались, Элиава. Да, конечно, скучаю. К тебе сегодня подойдет наш советник, у него к тебе есть дело. Нет, нет, что ты. Разумеется. Благодарю, Артур. – она завершила разговор, и подняла глаза на меня. – Он поговорит с тобой, расскажет все, что знает. Что тебе нужно от него?
- Боюсь, этого я не могу тебе сказать, Эльвира, - развел я руками. – Личное поручение главы. И, да, - сразу пресек я какие-либо поползновения, - Артур тебе тоже ничего не сможет сказать, я позабочусь об этом.
Эльвира кивнула, соглашаясь.
- Хорошей ночи, золотце, - я помахал рукой Петруше, и теперь окончательно покинул «Трущобы» на сегодняшнюю ночь.
Тенями я добрался до своего дома, взял машину, и за рулем отправился к таинственному Элиаве, лавка которого находилась на другом конце города.
Пока я ехал по ночным улицам, освещенными фонарями, увитыми разметкой, размышлял о причинах, по которым я вообще задумываюсь о мнении Стефании по поводу обращения в вампира.
Я видел, что такое вечность. Моя вечность всегда была полна крови, пыток, чужих, разумеется, и наслаждения агонией умирающих от моей руки. Я никогда не страдал от одиночества, моя душа не умирала от бесконечности жизни – мне всегда было чем заняться, даже когда Эмиль вернул меня в клан.
Стефания по какой-то непонятной причине была исключением. Зачем мне её мнение? Может быть, я хочу убедиться, что во мне еще осталось что-то человеческое? Что-то способное оценить красоту и гармонию смертной жизни?
Она больше не увидит солнца, не побывает на морском пляже летом в жару, ей не будет интересно мороженое. Мрак побери, какая мне разница?
Почему эта девчонка так на меня влияет?
Я припарковался напротив лавки, в которой дружелюбно светилось одно из окон. «Антикварная лавка» гласила вывеска.
Колокольчик тренькнул. Хорошо, что на большинстве дверей современных магазинов присутствует табличка «Добро пожаловать», иначе было бы сложно общаться с торговцами города.
- Добрый вечер, - поприветствовал меня глубокий бас, едва дверь закрылась за мной. – Я ожидал вас, господин. – И пожилой мужчина с черной бородой низко мне поклонился. – Весьма удивлен встретить в моей лавке такое древнее существо.
Древнее существо сощурилось.
- Добрый вечер, Артур Элиава, - ответил я. – Замечательно, что вы меня ждали. Присядем?
Маг кивнул, и показал рукой на диванчик в углу лавки.
- Что привело вас ко мне?
- Прежде чем я начну, дайте мне, уважаемый Артур Элиава, клятву на вечной крови о том, что наш разговор останется в тайне, - и я ногтем провел по своей ладони, разрезая кожу. Капнув кровью на другую ладонь, я подставил ее, в ожидании подобного действия от антиквара. Тот медленно протянул ладонь ко мне и позволил проделать то же самое с его ладонью.
- Клянусь хранить тайну, господин, - проговорил он, и мы пожали ладони. Я не удержался и под внимательным взглядом антиквара, слизнул его кровь. – Слушаю вас внимательно.
Я поведал ему об артефакте, его свойствах, кем и когда он был создан.
- О, - отреагировал Артур. – Я знаю, о чем вы говорите. Этот медальон был реликвией семьи Афанасиу. Знаете ли вы об этой семье? Муж – бессмертный, жена – волшебница, как вы и рассказали.
Я кивнул.
- Их потомки живы до сих пор, и здравствуют. Только спрятаны они.
- Кто их спрятал и зачем?
- Сам господин Афанасиу и спрятал. От себе подобных.
- Хотите сказать, что сам Афанасиу еще жив?
Антиквар замолчал и задумался о чем-то.
- Вам не нужна история семьи, я понимаю, - кивнул он. – Но без истории семьи вы не узнаете историю медальона.
- Рассказывайте, Артур, - согласился я.
Афанасиу хранили медальон среди смертных своей семьи. Долгое время они хранили секрет, как получалось, что вампиры не выпивали своих детей? Откуда у вампиров дети? Как им удавалось так долго скрывать свойства медальона от остальных вампиров? Антиквар рассказывал историю Афанасиу так, словно он лично наблюдал за жизнью этой семьи. Он рассказывал про их будни, праздники, образ жизни, как они переезжали с места на место.