- Вы поедете со мной, девушки, - сказал я Стефании и ее подруги. – Надеюсь, вы не будете против?
Обе синхронно покачали головой, и я позвонил Максу.
Нужно со всем этим разобраться, иначе я сойду с ума к своему тысячелетию.
Знакомьтесь, охотник. Молодой, глупый вампирчик с улыбкой маньяка:
И Виктор, который поймал Стефанию у ворот:
Макс и пара солдат приехали достаточно быстро. Хотелось бы сказать, что моментально, но вампиры, к сожалению, не всемогущи.
Упаковавшись в авто, мы дружной и очень странной компанией отправились к главе в особняк, и я мысленно упрашивал Кровавого бога, единственного, с кем я всегда был близок, чтобы Стефания восприняла хотя бы спокойно тот факт, что я вампир.
Хотя, может быть, никто ей не скажет?
Эмиль обнаружился в приемном зале – богатом и очень мрачном помещении, в пол которого были вмонтированы специальные кольца для закрепления рук и ног.
Для тех, кто не хочет говорить по-хорошему.
Солдаты приковали нашего гостя – белобрысого охотника.
Стефании и Юле принесли два удобных кресла. Они сели, не произнося ни слова, а Стефания все время смотрела на меня – испуганно и удивленно.
Она только начала мне доверять.
Мы только начали сближаться.
Эмиль холодно взирал на собравшихся. Солдаты и Макс притаились у стены, частично скрывшись в тенях. Я встал справа от Эмиля.
Глава кивнул солдатам, и те принялись за дело. В ход пошли пули с жидким ультрафиолетом, серебряные острозаточенные клинки. Охотник сначала сдерживался, стискивая зубы, а потом уже начал неистово кричать.
Стефания закрыла глаза руками.
- Говори, дорогой гость, - махнул рукой Эмиль солдатам. – Что за охоту ты устроил на нашей территории? Почему нарушаешь правила?
- Я не нарушал, - сквозь зубы ответил тот.
- Ты убивал людей и оставлял их у всех на виду. Это противоречит нашим правилам и карается смертью. Ты не знал?
- Ваши правила не висят на доске объявлений, - выплюнул белобрысый. – Кого хотел, того и пил.
- Кто тебя обратил?
- Не помню. Не знаю, а знал бы или помнил, не сказал бы.
- Какой смелый, - глава кивнул мне. – Виктор, продолжай.
- Но, - хотел было возмутиться я.
- Без «но»! Самое время узнать, что ему нужно от твоей смертной, и она заодно узнает, кто ты такой.
Стефания теперь смотрела во все глаза, как и ее подруга. Юля вообще подалась вперед, чтобы уж точно ничего не пропустить.
Охотник повернул голову в мою сторону.
- Так что же, древний, госпожа не знает?
- Не знаю что! Что я не знаю! Что происходит! – закричала Стефания и по щекам ее покатились слезы.
- Смотри, девочка, - Эмиль медленно надрезал себе ладонь и начал капать кровью на пол. Клыки неподготовленного охотника тут же вытянулись, демонстрируя его во всей красе. – Как ты думаешь, кто перед тобой?
- Вампир? – прошептала Юля. – Вы – вампиры? Все вы?
- Мы вампиры, все верно, - ответил глава. – Я и Виктор – самые древние вампиры из всего нашего клана, нам по семьсот лет.
- С хвостиком, - добавил я. Я вдруг понял, чего хочет добиться Эмиль. – Мы очень древние, очень опасные вампиры, и наше существование до сих пор не известно смертным только благодаря тому, что всем нашим вампирским обществом много веков назад было принято самое главное правило. Какое, как ты думаешь, дорогой наш гость?
И он пнул ногой охотника в живот.
- Запрет на раскрытие своей сущности смертным.
- Верно, мой хороший, - и глава снова пнул охотника. – Любое открытое признание, демонстрация сверхъестественных способностей или действия, приводящие к разоблачению, рассматриваются как предательство всего вампирского сообщества. Наказание… Как ты думаешь, Стефания, какое же наказание для нарушителя?
И Эмиль уперся взглядом в мою девушку, которая сидела с абсолютно прямой спиной.
- Смерть? – тихо ответила она.
Эмиль кивнул.
- Какие же еще правила нарушил наш гость, так-так-так, - Эмиль обошел по кругу охотника. – Оставление трупа с признаками вампирского нападения также создает угрозу для сообщества. Соблюдение строгой иерархии, а иначе – повиновение старейшинам. И ты! Нарушил! Все!
Он схватил охотника за шею и приблизился к нему.
- Зачем тебе эта смертная, говори!
Несмотря на хватку главы, охотник бросил на Стефанию, сидящую в кресле, полный преданности и нежности взгляд.
- Когда я пытался понять, кто охотится за мной, то случайно увидел древнего с госпожой, и почувствовал к ней неистовое притяжение. Я чувствую, что я принадлежу ей.