Эмиль резко повернул голову к Стефании, отпустил охотника и приблизился к моей смертной. Наклонившись, он принялся рассматривать ее.
- Странно, я ничего такого не чувствую. Виктор? Что чувствуешь ты?
- Она мне приятна, - выдавил я. Мне показалось неподходящим раскрывать душу перед всеми в зале.
- Только и всего? – и глава схватил Стефанию за волосы и потянул на себя. – А так?
Не успел он договорить, как я, сам того не понимая, метнулся к нему, и опрокинул главу на пол, придавливая коленом.
- Тихо-тихо, Виктор. Не кажется ли тебе, что влияние, которое она оказывает на тебя или этого юного нарушителя – чрезмерным?
Глава лежал подо мной, улыбаясь и ничего не делая.
Наваждение схлынуло, я поднялся и помог встать Эмилю.
- Макс? Что чувствуешь ты? – обратился он к нашему помощнику. Мы все перевели взгляды на него, и тот, вдруг упал на колени и закрыл голову руками.
- Я не могу сопротивляться. Я не могу…
- Очень интересно. Очень интересно, - он махнул солдатам. – Увести охотника. Макс – допрашиваешь его, пока не скажет, кто его создал. Виктор, Стефания за мной. – глава повернулся к Юле. – А вы, юная смертная, отправляетесь пить чай с моей супругой, - и он протянул руку Алисе, которая шагнула из теней.
Стефания
В кабинете Эмиля, рыжеволосого мужчины, который оказался вампиром (!), я совсем отчаялась. Виктор выглядел отстраненным и холодным несмотря на то, что шел со мной рядом. Пару раз я пыталась поймать его взгляд, но он либо нарочно, либо действительно не замечал мои попытки.
А мне показалось, что мы стали близки! Неужели он вел себя так, потому что просто хотел съесть меня?
Я попыталась выгнать эту мысль из головы, но она спряталась в дальний угол и периодически выглядывала оттуда.
Эмиль усадил меня в кресло прямо напротив письменного стола, а Виктор стал по правую сторону от меня.
- Расскажи нам, дорогая Стефания, - начал Эмиль. – Кто ты такая?
Я пожала плечами.
- Рассказывай все подряд, - махнул он рукой и уселся за стол. – Виктор, присаживайся.
Я проследила, как мой парень садится в соседнее кресло. Виктор посмотрел на меня в ответ и протянул мне ладонь, в которую я вложила свою с огромным облегчением.
Я всё ещё важна ему!
- Слушаем очень внимательно, - кивнул Эмиль.
- Меня зовут Стефания Афанасьева, мне 21 год…
Вдруг Виктор сильно сжал мою руку.
- Какая у тебя фамилия?
- Афанасьева, - повторила я. – Неправильная фамилия?
- Кто твои родители?
- Они погибли в автомобильной аварии, когда мне было три года.
- Кто тебя воспитывал? – Виктор задавал вопросы резко, отрывисто.
- Бабушка и дедушка. Дедушка умер несколько лет назад, бабушка живет в Белозерске.
- Но в информации о тебе значатся именно родители, - продолжал давить Виктор.
- Потому что они меня удочерили. По документам я им дочь, а не внучка.
Виктор отпустил мою руку и ладонями растер лицо.
- Что такое? – наблюдая за Виктором во все глаза, спросил Эмиль.
- Как зовут бабушку и дедушку? – снова спросил Виктор.
Я улыбнулась, вспоминая мою славную любимую бабушку и доброго и внимательного дедушку.
- Бабушку зовут Калиса, а дедушку Стефан. Меня назвали в честь дедушки, отчество мне дали тоже по дедушке, Стефановна, - я хохотнула.
Эмиль вышел из-за стола, и присел передо мной на корточки.
- Бабушка и дедушка долгое время жили в Румынии, да, моя дорогая Стефания? – спокойно уточнил рыжеволосый мужчина.
Я кивнула. Ситуация выглядела как-то жутковато, хотя ничего страшного в кабинете не происходило.
- Ты знал? – повернул он голову к Виктору. – Ответь честно, как будто клянешься на вечной крови.
- Нет, мой глава. Я даже не догадывался!
- Ты все узнал об Афанасиу, но ничего о своей смертной! Как такое возможно?
Эмиль и Виктор стояли друг напротив друга, почти упираясь лоб в лоб.
- Подождите, - встала я, так, чтобы разделить их и находиться перед Виктором. – Какое вам дело до моей семьи? До моих родителей?
- Нам нужен медальон семьи Афанасиу.
- Медальон? – я удивилась, и достала из-под водолазки мой медальон, который мне отдала бабушка.
Виктор и Эмиль – оба – подались вперед, и склонились над медальоном, рассматривая его. Мне показалось, что они не дышали.
- Он открывается? – я кивнула.
- Только ключиком, а ключик у меня в шкатулке в общежитии, - ответила я.
- Что внутри?
- Внутри надпись «Mea vita et anima es», что переводится как «Ты моя жизнь и душа».
— Это бессмысленно, - Эмиль отпрянул первым и схватился за голову. – Какой смысл в этом медальоне для нас?
- Для вас?
- Для нас, вампиров, - он улыбнулся. – Мы вампиры, дорогая Стефания. А ты, смертная, встречаешься с одним из нас.