Особняк поражал – такой простой и человечный. Разве он может принадлежать чудовищу? Если допустить мысль, что Виктор – вампир, то очень простой и сдержанный, не стремящийся к власти.
То, что он говорил про кровь и убийства, опять же, вряд ли найдется вампир, который может сказать, что он никого и никогда не убивал.
Какой-то вампир убил больше, какой-то меньше. Средняя температура по больнице в любом случае всегда положительная. Мертвым не стать снова живыми.
Мысленно рассуждая таким образом, я добралась до конца коридора, который как раз и оканчивался дверью. Я решила проверить, что за этой дверью, и дернула за ручку. Дверь поддалась, открылась, а за дверью обнаружился Виктор, задумчиво стоявший у окна.
- Сама нашла меня или подсказал кто? – обронил он, не оборачиваясь.
- Разве в доме кто-то, кроме нас, есть? – удивилась я.
- Есть, - повернулся он, кивая. – Видимо, решили к тебе присмотреться. – Зачем искала меня? Я могу тебя убить.
- Почему? Что изменилось?
- Видимо, медальон скрывает восхитительный аромат твоей крови, - хрипло проговорил он. – И скрывает силу, спрятанную в ней.
- Теперь я тебе не нравлюсь? С такой кровью?
- Наоборот, - скрестил руки на груди Виктор, словно защищаясь от меня. – Слишком нравишься. Чрезмерно…
Он вцепился руками в крышку стола, словно удерживая себя.
И я приняла решение, которое, возможно, будет стоить мне жизни, но я буду жалеть, если не сделаю этого.
И я подошла к столку, обошла его, и прижалась к боку Виктора.
- А так? – спросила я, обвивая его руками. Медленно, я скользила ладонями по его торсу, добралась до ворота рубашки и принялась расстегивать пуговицы. – Что ты будешь делать теперь?
- Ты играешь с огнем, - закрыл глаза вампир, самый очаровательный из всех мужчин, которых я встречала. – Моя сила воли может дать трещину…
- Давай покончим с этим, дорогой мой Виктор, - прошептала я ему в шею, выше я не доставала. – Либо ты убиваешь меня, либо любишь меня. Выбирай.
Одна моя ладонь уже скользила по его прохладной коже груди, а вторая стягивала его рубашку с плеч.
Он распахнул глаза.
- Ты уверена?
- Уверена, Виктор. Вряд ли у нас будет такой же подходящий момент, - и тут он подхватил меня под ягодицы и усадил перед собой на стол. Медленно, как мне показалось, он стянул с меня водолазку, отбросив мои волосы мне на спину.
- Ты прекрасна, Стефания, - прорычал он мне куда-то в шею, а затем медленно начал спускаться по груди вниз, покрывая поцелуями мое тело.
Я не помнила, как мы снова оказались в гостиной на диване. Я осознала, что полностью обнажена в тот момент, когда Виктор, тоже обнаженный (когда только успел?), склонился надо мной.
- Ты все еще уверена?
Я кивнула, и потянулась за поцелуем.
Спустя неизвестно сколько времени, я осознала, что мы лежим на полу. Моя голова покоилась на плече Виктора, да и вся я также почти лежала на нем.
- Ты не говорила, что у тебя никого не было, - хрипло прошептал Виктор. – Зачем ты пошла на это?
- Странный вопрос, - ответила я.
- Почему же? – он повернулся ко мне, целуя меня в висок.
- Ты все еще хочешь меня съесть? – уточнила я.
- Нет, пожалуй, нет, - улыбнулся он. – Я просто тебя хочу. Есть тебя для этого совершенно не обязательно.
- А как же все эти легенды о том, что вампиры убивают смертных женщин во время занятия любовью?
Виктор засмеялся – тихим приятным смехом.
- Это легенды, для устрашения. Ну, и, частично, правдивые – мало кто из вампиров любит смертную, с которой занимается любовью.
- Хочешь сказать…? – я осеклась, пытаясь понять, правильно ли я поняла его слова.
Он улыбнулся.
- Все верно понимаешь, моя любимая Стефания. Даже древние вампиры могут любить тех, кто не принадлежит вечности.
- Звучит странно, - подытожила я. – Но приятно.
Я потерлась носом об его плечо, ощущая его запах – совершенно нечеловеческий, холодный, сладковатый.
- Ты пахнешь так приятно, - проговорил он. – Теперь и я пахну тобой, словно весь целиком. Он пошарил рукой над головой и достал оттуда мой медальон. – Любопытная вещица. Я и не подозревал, что он может так сильно прятать твой аромат и силу твоей крови от нас. Даже Эмиль не почувствовал…
- Но охотник сказал, что чувствует, - вспомнила я.
- Возможно, потому что он молодой? Совсем недавно обращенные чувствуют тоньше, обоняние еще не притупилось… Может быть, может быть, - задумчиво рассуждал Виктор. – Думаю, нам нужно вставать с пола, моя дорогая. Ты все еще не бессмертна, и можешь заболеть… Вы, смертные, все время болеете.