- Ты можешь тоже, - хрипло проговорил я, поднимая ее на руках перед собой. Стефания, обмякшая, расслабленная от страсти, только улыбнулась мне и потянулась к моей груди.
Оседлав меня, она медленно наклонилась и впилась теперь уже в меня, скрепляя наше единение. Две бессмертные души, сплетенные в вечном танце всех влюбленных.
Ее стоны были музыкой для моих ушей, симфонией наслаждения и жажды.
Симфония бессмертной ночи.
Когда рассвет окрасил небо в розовые тона, а на окрестности моего особняка лег туман молочным облаком. Мы лежали, сплетенные друг с другом. Ставни медленно закрывались, а я только и мог, что смотреть на Стефанию.
- Я всегда буду с тобой, - прошептала она. Она была прекрасна, чудовищно и преступно прекрасна, и эта мысль привела меня в ужас. Она была моим творением, моим грехом и моим спасением.
Моим единственным желанным творением.
- Я очень на это рассчитываю, - рассмеялся я, целуя ее уголок губ.
В этот момент я подумал, что наша вечность только начинается. Что ждет нас впереди, я не знал, но был уверен точно, что буду всегда с ней рядом – с моей королевой ночи, моей спутницей во тьме, моей вечной любовью.
Наверное, мы провели бы вместе день, ночь и снова, по кругу, но звонок моего смартфона прервал наше уединение.
Хотя бы ночь Эмиль дал нам, хотя бы ночь.
Но это был Макс.
Его голос был испуган, хоть и тверд, почти, как обычно.
Никто бы и не заподозрил, кроме меня, что Макс чего-то испугался.
- Господин Виктор, - торопливо говорил мой помощник. – Господин Эмиль ожидает вас немедленно в своем кабинете.
- В ближайший час, - коротко ответил я.
- Как можно быстрее, - и едва различимым шепотом добавил. – Чем быстрее, тем лучше.
Как ошпаренный, я вскочил с кровати и принялся собираться.
Стефания наблюдала за мной со смесью удивления и страха.
- Что случилось, любимый? – я замер. Она впервые это сказала.
- Макс взволнован. Что-то снова случилось в особняке, пока я отсутствовал.
- Я поеду с тобой, - не спрашивая, а ставя перед фактом, сказала Стефания, и натягивала на себя разбросанную по спальне одежду. – А как же мы поедем, если уже наступил рассвет? – она замерла, задумчиво смотря на окна, закрытые ставнями.
Я улыбнулся и поманил к себе.
В современном мире у вампиров было больше возможностей преодолевать расстояния под солнцем. Древние вампиры, типа меня, могли пробыть под солнцем около часа, не пострадав от ожогов.
Я привел Стефанию в ванную и выдал ей крем с высокой защитой от солнца, а затем, в кладовке, нашел для нее широкополую фетровую шляпу. Из ящика в гардеробе я достал ей перчатки, огромные очки от солнца.
- Ты шутишь, - только и проговорила она. Я отрицательно покачал головой.
- Поверь, так мы все и передвигаемся днем. Если ты раньше встречала какого-нибудь странного человека, то это, возможно, был вампир, которому срочно нужно куда-нибудь в дневное время.
С огромными глазами Стефания нарядилась, надела пальто, ботильоны, и я, уже одетый, ждал ее. Мы вышли, проделывая наш ночной путь в обратную сторону.
- Никогда бы не подумала, что вампиры днем бывают под солнцем. Хорошо, - она выставила ладони вперед. – Никогда бы вообще не подумала, что вампиры существуют. Что я тоже стану вампиром!
Я давил педаль в пол, стараясь соблюдать правила, но какие правила могут быть, если в особняке Воронцовых происходит что-то, из-за чего Макс может волноваться.
Стефания не отставала от меня ни на шаг.
Я толкнул дверь в кабинет Эмиля, и то, что я там увидел, повергло меня в шок.
Эмиль сидел в кресле, а его руки были застегнуты древними оковами, которые использовались жрецами в древнем городе.
За столом сидел тот, кого я никогда не ожидал увидеть в своем бессмертии.
Даже больше! Этот вампир, это существо погибло при очередном пожаре в городе, который устроили пришлые завоеватели. Эмилю и мне чудом удалось сбежать, как раз именно благодаря ему, нашему Отцу.
Но не только увиденное удивило меня.
Глава десятая. Родственные связи.
Стефания.
- Отец, - поклонился Виктор человеку за столом в кабинете главы.
- Дедушка?! – воскликнула я, выпуская руку любимого. – Дедуля!!!
Я подбежала к деду и бросилась ему на шею, приговаривая:
- Дедушка, дед! Ты жив! – я вдыхала его запах, такой родной! Мне казалось, что с того момента, как бабуля сказала, что дед умер, я потеряла огромную часть себя.
- Я жив, да, родная, - он прижал меня к себе крепче, почти впечатывая в свой излюбленный кожаный пиджак. – Так было нужно.
Слезы сами полились у меня из глаза, я принялась вытирать их и вдруг увидела, что руки в крови.