- Эта фраза – ритуальная, ее обычно использовали при непосредственном совокуплении с выбранным партнером. Возможно, Демьян сказал ее, посвящая свою смерть Великой Матери, - предположила Калиса. – Думаю, что это ничего не значило в общем понимании.
Еще какое-то время мы разговаривали. Калиса и Стефан рассказывали о том, как они познакомились, как лично были знакомы с членами такого вот общества почитания Великой Матери. Стефан рассказывал о восстании стригоев, а Калиса о том, как создавала медальон, который носила Стефания, пока была смертной.
Я слушал, общался с ними, расспрашивал, но где-то на фоне меня не покидала мысль, что мы чего-то не знаем. Будто бы нахватались по верхам, и так и не погрузились в саму суть. Великая Матерь Богов – отголосок времен, когда почитали женщину, как родоначальницу всего сущего. Ее корни, возможно, теряются в пещерах, где первобытные племена разожгли свой первый огонь, и нарисовали беременных богинь на стене пещеры, которые воплощали плодородие и жизнь.
Ее почитали во все времена, как гимн женскому началу, торжеству обновления и плодородия. В ее честь воздвигали храмы, приносили в дар плоды земли, молоко, мед, которые всегда обозначали изобилие и материнскую заботу. Ее жрецы и жрицы возле алтарей исполняли ритуальные танцы, воспевая силу жизни, заключенную в лоне Великой Матери Богов.
Матерь Земли у славян, Исида у древних египтян, Гея в Древней Греции – все эти богини носили одно лицо, один смысл, и часть почитания богинь я захватил, уже будучи бессмертным, как оказалось, являясь созданием самой Великой Матери Богов.
Мать всех вещей, владычица всех стихий, начало времен и повелительница духов – так называла себя Исида, и, судя по тому, что рассказали Калиса и Стефан, их история близка к истине происхождения Великой Матери Богов.
Не существуй нас, вампиров, я бы решил, что Она – метафора, которая живет в смертных душах, воплощая базовые человеческие потребности: в защите, питании и продолжении рода. Только не все было так просто, если в эту цепочку были встроены вампиры.
Наконец, Стефания потащила меня в свою комнату, которая оказалась розовой и нежной, в принципе, полностью олицетворявшую смертную девушку, с которой я встретился на рок-концерте.
- Мы сегодня будем ночевать вместе, - заговорщицки прошептала Стефания, запирая дверь изнутри. – Но только ночевать, без всякого! Родители, хоть и древние, продвинутые вампиры, не хотелось бы давать им лишние поводы смотреть на тебы, прищурив глаза, - и моя любимая сощурила глаза, пристально глядя на меня.
Я задремал, убаюканный тишиной и умиротворением этого места. Казалось, что окружающий мир существует где-то, где нет опасности. И разбудила меня Стефания, которая сидела прямо на мне, и приговаривала:
- Я видела! Виктор, Виктор, проснись!
- Всё-всё, я не сплю, - отозвался я. – Что случилось? Ты вся растрепанная.
Я схватил Стефанию за бедра и погладил, успокаивая ее.
- Мне приснилась она, Матерь Богов! – снова вскричала Стефания.
- Расскажи спокойно, без суеты, - я насильно уложил ее к себе рядом, чтобы она успокаивалась.
- Я шла по коридору твоего дома, - начала Стефания. – Было очень тихо и темно, но мне было все видно – все картины, оружие, всё, что висело на стенах. Последняя дверь в коридоре будто бы подсвечивалась, и я решила войти в нее. И там была она – высокая, крупная женщина с длинными до пола золотистыми волосами. Она стояла у окна и смотрела в него. Я спросила, кто она, и она повернулась, и ответила, что она Матерь Богов. И потом начала надвигаться на меня, задавая вопросы. Зачем мы ее ищем. Что нам от нее нужно. Почему интересуемся ее возникновением. Она так толкала меня до двери обратно в коридор, и перед тем, как закрыть дверь перед моим носом, выкрикнула мне в лицо: «I Tego Arcana Dei!» и захлопнула дверь.
Я еще долго гладил Стефанию по голове, успокаивая ее. Разумеется, это был всего лишь сон, навеянный разговорами о Великой Матери Богов. Впечатлительный разум Стефании сгенерировал Матерь так, как можно представить ее на основе всего, что известно о ней.
Но что может означать фраза, которую она сказала Стефании?
- Тебе принести что-нибудь их кухни? – спросил я задремавшую Стефанию. Она отрицательно покачала головой. Открывая дверь, я пальцами ноги задел какую-то бумагу, которая выглядывала из-под двери.
На ней было написано: «Et in Arcadia Ego» = «I Tego Arcana Dei» - храню секреты бога.
О каком же боге идет речь? И кто мог написать эту записку?
Спустившись вниз, я столкнулся со Стефаном, который уже завтракал утренней кровью прямо из холодильника.
- Вот, что я нашел под дверью, - я протянул ему лист бумаги, который Стефан быстро пробежал глазами и печально улыбнулся.