Шоколадница и Шарлотта
Автор - conjure one (Сергей Пришвин)
Поздний вечер пятницы уже давно пленил городской пейзаж ноябрьской изморосью, когда Эмили наконец вышла из дверей издательства. Завернувшись в крупную темно-зелёную вязку шарфа, раскрыла над собой зонт и поспешила прочь, подальше от работы. Она ушла бы раньше, но после обеда, как назло, на корректировку принесли рукопись, скучную и нудную, с условием, чтобы та к утру понедельника была готова. Автором манускрипта был сам Юджин Шпиррс, от сотрудничества с которым издательство получало большие дивиденды, так что отказаться было невозможно. И Эмили добросовестно выполнила свою работу, исправляя чужие ошибки на мелко исписанных листах. Сейчас же, перепрыгивая через лужи, она чувствовала удовлетворение и гордость за себя, что справилась с трудным текстом. Да, Эмили - отличная корректировщица, может быть, даже лучшая. И она знает, как себя поощрить. Так, ничего особенного, на первый взгляд, сущая ерунда. Но только не для девушки, увлечённой сладостями и знающей, где продают лучшие из них. И в предвкушении встречи с прекрасным Эмили ускорила шаг. Там впереди, на Черри-стрит, находилось место, которое она, наверное, не променяла бы ни на какие сокровища мира. Это был её любимый райский уголок - "Шоколадница и Шарлотта", предлагающий своим восторженным посетителям дивные кондитерские изыски, начиная от всевозможных муссов со сливками и ягодами и заканчивая десятками видов благородных пирожных, которые можно увидеть разве что на картинках в модных журналах. Но больше всего удивляло то, что, сделанное из шоколада, - всё имело свой неповторимый оттенок, свой нюанс. И в этом заключалась самая настоящая загадка, волшебство и тайна. Был уже десятый час, когда Эмили свернула на непривычно тихую Черри-стрит, скорее, больше подходящую провинциальному городу, нежели оживленному мегаполису. Остановилась у знакомого входа. Неоновая вывеска "Шоколадница и Шарлотта" мягким светом так и приглашала войти внутрь. Но Эмили не нуждалась в приглашении. Быстро сложив зонт, она потянула дверную ручку на себя и через пару мгновений оказалась в океане умопомрачительных ароматов. Огляделась по сторонам. Для пятничного вечера, пусть и промозглого, довольно безлюдно: по углам, под покровом приглушенного освещения, проводили время две-три влюбленные парочки, да за столиком возле барной стойки о чём-то увлеченно беседовали две пергидрольные блондинки, накрашенные, как индейцы перед боевыми действиями. Эмили отвернулась в сторону, чтобы скрыть невольную улыбку. Размотала шарф, сняла пальто и прошла в зал к обширной витрине, забитой до отказа чудесами кондитерского мастерства. Как и всегда, от увиденного изобилия перехватило дыхание. Перевела взгляд на стену: там, среди прочих безделиц, на отдельной полке, словно произведения искусства, стояли в ряд шоколадные фигурки людей, высотой примерно в две ладони и застывшие в позах наподобие эллинских статуй. Эмили, пожалуй, видела их впервые. - Как красиво, - сказала она, обращаясь к Мэри-Энн, девушке-продавцу по ту сторону витрины. - Это всё наша хозяйка. Талант у неё - придумывать необычное из шоколада. А вы? Вы что-нибудь уже выбрали? - Я? - растерялась Эмили. - Ну, наверное, для начала возьму парочку тирамису, шоколадный мусс с черешней и чашку капучино. Мэри-Энн, проворно действуя руками, быстро поставила заказанное на небольшой поднос. А так как в «Шоколаднице» не держали официантов, то Эмили сама подхватила его на руки и поспешила за один из свободных столиков. Сделав пару глотков кофе и съев несколько ложек таявшего во рту мусса под мелодичный джаз Пола Хардкастла, она, наконец, почувствовала себя вполне счастливым человеком, задающим себе единственный вопрос: «Интересно, и откуда они в ноябре берут свежую черешню?» Время в «Шоколаднице» летело незаметно. Увлечённая Эмили даже не замечала, что уже в четвёртый или пятый раз делала заказ Мэри-Энн, выбирая всевозможные лакомства. И каждый раз она полностью заставляла ими свой поднос, на котором обязательно присутствовало и что-то лёгкое и воздушное, как летящее облако; и что-то, насквозь пропитанное ликёром или коньяком и от того увесистое, как маленький брикет; и что-то политое фантастическим сладким соусом, от которого Эмили была готова проглотить язык. Шоколад, приятная музыка, мягкое обволакивающее освещение - это всё, что нужно было любительнице сладкого, и она это сполна получала. Весь остальной мир давно уже перестал существовать, когда к её столику подошла Мэри-Энн и предупредила: - Извините, но через десять минут мы закрываемся. Уже почти час ночи. Эмили словно выдернули из сказки. Попросила счёт и нехотя стала собираться. Посмотрела по сторонам: к своему изумлению обнаружила, что никого, кроме неё, больше не осталось. Было действительно поздно. Но неожиданно для себя услышала уверенное постукивание женских каблуков. Пригляделась. Из полумрака к ней приближалась высокая темноволосая и довольно симпатичная мулатка с фигурой, похожей на песочные часы. Её тёмно-вишнёвые глаза были подведены на манер египетс