-- Никак. Я совсем недавно только узнала о существовании Веселес, других миров и Клиадры.
-- А как тогда ты вообще попала в Текландт?
-- Аня, тебя подвезти? — Вовремя подошел Лэйкер, закончив беседовать с остальными.
-- Да, пожалуйста, — с энтузиазмом откликнулась я, поднимаясь со своего места. — Тебе, Ирвэлл, я позже расскажу эту историю, хорошо?
-- Ловлю на слове, — тут же погрустнел Чудик.
Едва последний лирен покинул комнату, оставив меня и Лэйкера наедине, командир голосом, не предвещающим ничего хорошего, спросил:
-- Аня, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Я открыла было рот, но тут же закрыла, не произнеся ни звука.
-- Я еще могу, с огромным усилием, но выпустить из внимания тот факт, что ты была найдена полумертвая в одном из опаснейших миров Веселес, не понятно как попав туда из Дамина. Могу забыть о том, что в твоем мире ничего не известно о Веселес и Клиадре, хотя сама ты в данном вопросе проявляешь поразительную эрудицию. Но Блокирующий Покров и Клиадральное Зерно кардинально меняют ситуацию.
-- Клянусь, я сама ничего не понимаю.
-- Пойми, я верю тебе и вижу, что ты не врешь. Однако…
-- Что?
-- Все обстоятельства говорят о том, что ты в очень большой опасности. Тобой активно интересуется окружение Сенатора, а также твой знакомый реаниматор Кенст.
-- С чего ты взял?
-- Видишь ли, есть целый ряд аргументов. Во-первых, "Серая Молния" — военно-разведывательный отряд, и он не занимается поиском лирен. А больше шестидесяти нермт назад мне дали задание именно НАЙТИ тебя на Кладбище. Значит, о твоем попадании туда было известно заранее.
-- Но Кенст говорил, что меня случайно…
-- Аня, "случайно" на Кладбище нельзя находиться практически никогда, за исключением определенных хорм между трансформациями пространства. Там нет жизни, нет врагов, нет союзников. И уж разведке там точно делать нечего.
Я молчала.
-- Во-вторых, беженцев в Текландте почти никогда не реанимируют. Только если лирен имеет принципиальное значение для правительства. С тобой же в РОКе носились, как с Абсолютным Радужным Камнем.
Тут я вздрогнула, что не скрылось от внимания Лэйкера. Благо, тот расценил движение неверно и продолжил.
-- В-третьих, все мои запросы, начиная с просьбы принять в свое ЭЛИТНОЕ подразделение и заканчивая полным курсом обучения и вакцинации, были приняты безоговорочно. Тебе предоставлены все возможные условия и льготы, не доступные многим уроженцам Текландта. Спрашивается, зачем? И, наконец, в-четвертых, за тобой ведется постоянное наблюдение. Помимо систем слежения служб безопасности Каремса. Лиренами. Даже сейчас. Ты об этом, конечно, не знаешь. Не слишком ли много внимания к твоей персоне, а?
-- Хочешь сказать, нас прослушивают?
-- Да. Причем целым отделом. Но не волнуйся. Я уже принял некоторые меры. Бойль влез в систему, еще давно, и сейчас для всех приборов наблюдения мы беседуем о предстоящей операции. Однако парнишка не будет сутками следить за тем, чтобы твоя жизнь действительно оставалась личной, сама понимаешь. Поэтому в будущем не касайся этой темы. Во всяком случае, пока я не скажу.
-- Так вот, что Бойль имел в виду под заочным знакомством.
-- Да. Не усложняй ему задачу, хорошо?
-- Лэйкер?
-- Что?
-- Ирвэлл интересуется моим прошлым.
-- Знаю, слышал. Ирвэллу, конечно, можно верить. Но, все равно, советую придумать красивую и максимально правдоподобную историю для всех новых знакомых. Так будет легче.
-- Хорошо.
Черты лица Лэйкера разгладились, и он, наконец, улыбнулся.
-- А ты неплохо держалась сегодня. Поздравляю. У Тьена даже глаза загорелись, когда ты ножи поймала.
-- Надеюсь, больше такой "проверки" не повториться. Я еще пожить хочу.
-- Посмотрим. Ты его заинтересовала, так что никаких гарантий… Ну так что, тебя подвезти?
Аллея психологической разгрузки представляла собой огромное, напоминающее со стороны стадион здание, на разных этажах которого располагались зеленые парки, горные долины, заросшие луговыми цветами поля и даже морские побережья. Естественно, не настоящие, но и не полностью иллюзорные, чем Аллея и отличалась от визуального тренера или того же Зла Снов в развлекательных центрах.
В этот раз я и Артем прогуливались по извилистым пещерам, из-за сталактитов и сталагмитов поразительно схожую с зубастой пастью. То тут, то там вспыхивали белые огоньки, появлявшиеся по обеим сторонам слегка подсвечивающейся зеленым тропинке. Сверху капала вода, звонко ударяясь о камни, и этот звук разносился эхом далеко вперед, раз за разом отражаясь от многочисленных преград на пути.
-- И надолго ты уедешь из Каремса? — После долгого молчания спросил Артем.
-- Хорм на два или на три. Может, чуть дольше — это будет зависеть от обстоятельств.
-- Зачем?
-- Что, зачем?
-- Зачем стоило бежать от гибели в родном мире, чтобы погибать в чужом?
-- Рановато ты меня хоронишь.
-- Просто я знаю, что такое война. Каждый солдат надеется выжить в бою, но домой возвращаются далеко не все.
-- Лэйкер сказал, что это детское задание.
-- Твоему Лэйкеру двадцать шесть, и он может позволить себе называть войну детской забавой. А тебе всего девятнадцать.
-- Велика разница.
-- Аня, не сходи с ума, остановись! У нас появился шанс начать новую жизнь. И для чего же ты его используешь?
-- Мы уже говорили на эту тему. Я не отступлю. Между прочим, у меня все неплохо получается, и это уж гораздо интереснее, чем…
Я осеклась, но было уже поздно.
-- Интереснее, чем работать в Саду?
-- Я не это хотела сказать.
-- Не спорю, бегать с оружием под прицелом вражеского снайпера куда веселее, что уж тут говорить! Только я беспокоюсь не за настроение, а за твою жизнь! Как ты это не поймешь?
-- Артем, я…
-- Послушай, Ань, когда-то ты сама мне говорила, что Текландт чужд нам по определению. Помню, тогда я утверждал обратное. А сейчас мы как будто поменялись ролями. Не знаю, что переубедило тебя, но…
-- Я и сейчас считаю Текландт чужим миром. Может, теперь я верю в это еще больше.
-- Тогда в чем дело? — Артем всплеснул руками и остановился, повернувшись ко мне лицом.
-- Мы живем в Каремсе уже почти семьдесят нермт. За это время я поняла одно — практически все живущие здесь лирены безлики. Они трудятся в разных сферах деятельности, немного отличаются внешне, но в остальном это клоны с одинаковыми потребностями, распорядком дня и интересами (точнее, их отсутствием). Они работают, чтобы работать, не понимая при этом, ради чего живут. Они, как винтики в часах, бесчувственны, тверды и точно исполняют возложенные на них функции. Они умеют мгновенно перемещаться в пространстве, но ближе друг к другу не становятся. Они научились консервировать время, но никак его не используют. Они так похожи на роботов. Но среди них есть исключения. И почти все они — в армии. Потому что, как ни парадоксально, там больше свободы. А без свободы нет личности.
-- Угу. Нет свободы — нет личности. Нет личности — нет человека. Нет человека — нет проблем.
-- Логично, — невольно улыбнувшись, кивнула я.
-- Дурное влияние окружения, — отмахнулся Артем. — Кстати, я тут заметил интересное явление.
-- Какое?
-- У Механиков нет чувства юмора.
-- Это ты верно заметил. Только, не поздновато ли?
-- Надежда умирает последней. Недавно я рассказал "коллеге" по работе старый анекдот про блох, ведущих дискуссию о вероятности жизни на других собаках. Мало того, что я полчаса объяснял этому идиоту, кто такие блохи и собаки, так еще и нарвался на оскорбление: "Ты что, пьяный? Как насекомые могут разговаривать на Транслите?" Вот тут девочка Надя и приказала долго жить. Больше я не рискую.
Какое-то время мы продолжили идти в полном молчании. Через пару минут Артем вновь остановился и внезапно стиснул меня в объятиях.
-- Может, все-таки останешься? Я ведь знаю, после "детского" задания пойдут "подростковые", "юношеские", а там уж и до "взрослых" недалеко.