***
Мартин вернулся на мостик и сразу заметил обеспокоенность на лице командира. Рик Мортон закончил диагностику всех систем корабля, и, видимо, новости были не очень радужными.
— Афина, — обратился командир к операционной системе корабля, — насколько серьёзно повреждён правый маневровый двигатель?
— Мощность двигателя составляет 62%, командир, — ответил приятный женский голос.
— Поддается ли ремонту повреждение? — спросил Рик
— Исключительно на внешней стороне, — спокойно ответила Афина.
— Чёрт! — выругался сзади Мартин, — я так и знал, что из-за этих туристов будут проблемы!
— Успокойся, сержант, и возьми себя в руки, — вполоборота одёрнул его Рик, — позови сюда Луиса.
— Я уже тут, майор, — выпалил только что поднявшийся на мостик Бартель.
— У нас проблема с правым маневровым двигателем. Придётся прогуляться, старина, с такой мощностью нам будет сложно пройти пояс Симплегадных астероидов.
— Понял, командир. Сейчас подготовлюсь к выходу.
Луис быстро спустился в технический отсек собрать необходимые инструменты. Он предполагал, что тот удар вряд ли оставил корабль без последствий и морально был готов к подобной операции. Как бортинженер, он понимал, что на 60% мощности пройти Симплегады, которые плотным кольцом окутывали Колхиду, было крайне сложно. Маневрировать между огромными астероидами, которые на бешеной скорости вращаются по орбите планеты, даже для пилота с отличными навыками на полностью исправном корабле, - дело рискованное.
Мартин! — обратился к молодому члену экипажа Рик, — помоги Луису надеть скафандр. Я с Афиной буду ему помогать отсюда, а ты контролируй там, на случай внештатных ситуаций.
Через полчаса Бартель стоял в правом техническом шлюзе. Облаченный в белый скафандр и высокие магнитные ботинки, он держал в руке оранжевый чемоданчик с инструментами. Мартин махнул ему и нажал кнопку закрытия внутренней двери шлюза. Сквозь небольшой ромбовый иллюминатор он наблюдал, как Луис, медленно отрывая тяжелые ботинки, продвигался к внешней двери.
— Бортинженер Луис Бартель к началу работы готов, — услышал в наушниках Мартин.
Выпустив воздух в шлюзе, человек в скафандре протянул руку и перевел рычаг в положение “Открыто”. Двери медленно расползлись в сторону, и Луис сделал шаг в пустоту, удерживаемый только страховочным тросом. Выпуская струи сжатого газа из реактивного ранца, Бартель направился к правому двигателю.
Уже через несколько минут бортинженер осматривал место повреждения. Мартин внимательно наблюдал за действиями Луиса по видеотрансляции. На экране монитора периодически вспыхивал яркий свет сварки, с помощью которой инженер “штопал” разорванное сопло маневрового двигателя. Уже прошло более получаса с момента начала работ. Мартина начало тяготить наблюдение. В тот самый момент, как он хотел уточнить по рации о времени завершения ремонта, весь экран трансляции залило белым светом, и раздался глухой взрыв со стороны двигателя. Мартин пошатнулся и услышал громкий голос командира в наушниках:
— Что там, Марти! Ты слышишь меня?
Сержант быстро глянул на монитор и увидел болтающегося на страховочном тросе Луиса. Его руки были раскинуты в стороны, а ноги немного согнуты в коленях. Мартин дальше действовал автоматически. Скоростная скрутка троса, открыть шлюз, выровнять давление, снять скафандр.
До медотсека было совсем недалеко и, спустя несколько минут, обнаженное тело Луиса лежало в герметичном прозрачном боксе, на стенке которого отображались основные жизненные показатели.
— Афина, каково состояние бортинженера? — обратился к информационной системе командир Мортон.
— Я ввела Луиса в искусственную кому и смогу поддерживать жизнедеятельность его организма в течение 36 часов, далее ему должна быть оказана профессиональная помощь медиков — ответил искусственный интеллект, — кроме того, в результате взрыва у нас повредилась часть обшивки, и мы теряем кислород. По моим оценкам, его хватит не более, чем на четверо суток.