— Риск столкновения 56%, — все также равнодушно сообщила Афина.
Мартин испуганно посмотрел на командира. Рик вывел траекторию на основной монитор, после чего стал проигрывать процесс прохождения корабля через пояс астероидов, двигаясь по ней вперёд – назад.
— Вероятность столкновения 72%, до удара 17 минут.
В этот момент командира словно осенило:
— Афина, в какую часть рассчитывается предполагаемый удар?
— Во всех вероятных расчетах он приходится на кормовую часть, в которой размещен жилой и технический модуль.
— Рассчитай вероятность прохождения в случае отсоединения жилого и технического модуля!
На несколько секунд в рубке повисла звенящая тишина.
— Вероятность безопасного прохождения составляет 100%, плюс к этому корабль получит дополнительно 17% к мощности правого маневрового двигателя.
Мартин уже хотел закричать “Ура!” и радоваться находчивости командира, как вдруг острой занозой впилась в мозг страшная догадка:
— Майор, жилой модуль можно отцепить только изнутри — тихо сказал сержант.
— Я знаю, Марти, — спокойно ответил ему командир, — именно поэтому ты должен заменить меня на мостике, провести корабль через Симплегады и посадить его на Колхиде.
— Да как? Я не смогу! У меня не получится! — словно задыхаясь отвечал Марти.
— Ты проходил обучение на симуляторе, и шанс посадить корабль у тебя все равно есть. Это лучше, чем если мы все тут сдохнем.
— Это ничтожный шанс, дядя Рик! Не оставляйте меня тут!
— Ты справишься! Ты должен справиться!
— Я могу остаться в жилом модуле, — внезапно прервал разговор экипажа Клаус. — Это будет самый правильный вариант.
Он говорил очень спокойно, хотя голос его немного дрожал. Рик посмотрел на отца семейства. В такие моменты мозг работает иначе. Будучи военным, майор Мортон понимал, что это действительно был единственный вариант, при котором спасение остальных было гарантировано. Хоть командир и подбадривал Мартина, что тот справится, он понимал, что пройти через Симплегадные астероиды ни разу до этого вживую не управляя транспортным кораблем, да и еще на поврежденных двигателях, сержант вряд ли сможет.
— Времени терять нельзя, я должен вам показать, как производить отстыковку, — холодно отрезал Рик.
— Сколько у меня есть времени попрощаться с семьей? — тихо спросил Клаус.
— Совсем мало, торопитесь.
Через минуту, он привел сына на мостик и попросил командира его отвлечь, чтобы поговорить с женой наедине. Пока Мортон пытался занять ничего не подозревающего ребенка, из-за двери донесся громкий женский плач. Затем дверь открылась, и в нее зашел Клаус, пытаясь скрыть непроизвольно падающие из глаз слезы. Из коридора доносилось тихое всхлипывание вперемешку с глухими стонами.
Отец подошел к сыну и крепко прижал его к себе.
— Мне надо будет уйти сынок, — едва сдерживая слезы, выдавил Клаус.
— А ты вернешься, папа?
— Постараюсь, мой малыш.
— Обещаешь?
Мартин, замерев, смотрел в голубые глаза ребенка. Клаус наклонился к сыну, потрепал его за белокурые волосы и вполголоса сказал:
— Обещаю.
Потом он сдавленным голосом сказал командиру:
— Я готов.
— Разрешите, я сопровожу, — внезапно вклинился Мартин, — мы уже подходим к Симплегадам и вам лучше остаться на мостике.
Рик, вопросительно посмотрел на него:
— Даааааа….. Ты прав, Марти. Держи со мной связь по рации.
Клаус вместе с сержантом бежали вдоль больших контейнеров с грузом. Уже перед самой дверью мужчина остановился. Он снял с шеи какой-то блестящий медальон и протянул его Мартину:
— Передайте, пожалуйста, моему сыну — Клаус посмотрел на Януша повлажневшими глазами, и скажите ему, что я его очень сильно люблю.
Мартин чувствовал свое сердцебиение. Он включил рацию и ровным голосом сказал:
— Командир, мы на месте.
— Торопитесь, у нас буквально одна минута — прозвучал из динамика голос Рика.
Мартин открыл двойную дверь жилого модуля и повернулся к Клаусу. Тот все также держал в руке медальон.