Я пережила похищение! Я заслужила что-то хорошее.
Я пережила, а Зои нет. Сегодня я – она. Нужно не забывать об этом и вести себя соответствующе. Зои умеет добиваться своего. Не могу вспомнить ни одного мужика, кроме Брэда, кто бы ей пренебрег. Впрочем, Брэд всегда был не прочь ее трахнуть. Просто, как он любил повторять: «без обязательств».
К черту Брэда!
Я делаю глоток виски. За себя. И за Зои с ее отвергнутыми чувствами. За ее мечты о счастливом браке и толпе детишек, бегающих по этому дому.
– До утра много времени, - напоминаю я и резко перескакиваю на «ты», - а ты обещал не оставлять меня тут одну в темноте. Или жена потом устроит скандал?
– У меня нет жены, - говорит Эван.
Я тянусь, чтобы чокнуться с ним, а сама украдкой жду, будет ли он приспускать шарф, чтобы выпить. Он этого не делает, а покачивает бокал в руке и смотрит через него на пламя свечи. Жидкость вспыхивает расплавленным золотом.
– За это нужно выпить, - заявляю я и корчу гримаску. – Или… подожди. Девушка?
Я нервничаю. От этого кожа головы под париком нещадно зудит, но я не могу почесаться. Это слишком подозрительно. Нельзя. Как бы мне не хотелось поправить шпильки, которыми парик приколот к специальной шапочке, да и в целом чуть сдвинуть его назад, а то он скоро совсем сползет мне на глаза. Еще немного и я стану похожа на болонку или старого рокера, а не на Зои.
– Нет.
– Поэтому ты болтаешься ночью по городу и подбираешь девиц, валяющихся в снегу? – ехидничаю я.
– Я работаю неподалеку, - отвечает Эван.
– А кем ты работаешь?
– Это допрос? – разноцветные глаза смотрят хитро. Мне это нравится, но я умею понимать намеки. Он не хочет говорить. Окей. Я утыкаюсь носом в бокал, делаю щедрый глоток, и боковым зрением замечаю, что он все-таки тоже пьет. Край шарфа мгновенно закрывает лицо обратно. Я все проглядела.
– Ну… я же сказала, кем я работаю, - чуть обиженно замечаю я. – Это не секрет.
– Я тебя не спрашивал, - говорит он, и голос звучит словно с осуждением, - это была твоя инициатива, - он понимает, что перегнул палку и идет на попятную, - ладно. Это не моя постоянная работа, а так… подработка.
– И в чем она заключается?
– Ничего интересного. Посидеть за пультом на концерте, - а мне вот это кажется очень интересным. Я взволнованно ерзаю на месте.
– Ты диджей?
– Нет, звукорежиссер.
Везет же мне на людей, работающих в этой индустрии!
– Ого! – я чуть не рассказываю, что у меня в Нью-Йорке есть знакомый музыкант, и благодаря ему – целая куча других знакомых музыкантов и звукачей, пусть большинство из них и не знает, как меня зовут.
Я помню всех – по профилю Брэда. Мне же нужно следить, чем он там занимается, когда уходит от Зои, где искать его пропитое или обдолбанное тело, если моя любимая подруга будет волноваться.
Я должна выпить.
Я чувствую взгляд Эвана. Он, наверное, уже сделал обо мне исчерпывающие выводы – подобрал пьяную в сугробе, привез домой, а я тут же снова схватилась за бутылку.
Он это озвучивает.
– У тебя какие-то проблемы с алкоголем? – и пусть вопрос сформулирован довольно тактично, он все равно выводит меня из себя.
Нет у меня никаких проблем. Просто дерьмовая жизнь. А еще я, в отличие от Зои, очень застенчива. Чтобы подкатить к парню, который мне нравится, или только-только начинает нравиться, мне нужно нализаться в слюни. Я могу душить кого-то цепью или драться с маньяком за свою жизнь, но в делах любовных я совершенно беспомощна. И слишком социально-неловкая, чтобы в этом признаться.
Не велика беда, что я не видела его лица полностью и под шарфом может скрываться любая неведомая чертовщина. У Эвана красивые, необычные глаза, приятный голос, хорошие манеры. Он, вроде как, совсем не мудак, в отличие от тех, кто попадался мне прежде.
Это многого стоит.
– Все писатели пьют, - заявляю я, вовремя вспомнив, что сегодня я исполняю другую роль. Я прикрываюсь Зои, как щитом. А она, между прочим, пьет куда больше меня. Если бы не она, я, вероятно, вообще вела бы исключительно здоровый образ жизни. Но по трезвости невозможно выслушивать ее пьяные исповеди.
Так можно рехнуться.
– Вовсе не обязательно.
– Собираешься прочитать мне лекцию о вредных привычках? – воинственно говорю я.
Это мои слова, не Зои. Я начинаю выходить из себя, но ничего не могу с собой поделать. Я вспыльчива. Меня лучше не злить. Эван просто еще не знает, как я страшна в гневе. Если даже маньяк в противогазе предпочел отпустить меня на волю, лишь бы избежать моих дальнейших выкрутасов.