— Что такое? Что случилось? — голос Анны дрогнул.
Арес, проследив за взглядом Аида, тоже обернулся. Его лицо, обычно такое открытое и эмоциональное, стало каменным.
— За нами едут, — глухо произнёс он и, не дожидаясь команд, резко наклонился, ловко пристегнул Анну, потом себя. Ремни щёлкнули с угрожающей чёткостью. — Ева…
— Сохраняйте спокойствие, — выдавила я, сама чувствуя, как спокойствие утекает из меня, словно песок сквозь пальцы. Внутри всё сжалось в тяжёлый ком. — Может, просто машина. Совпадение.
Я нажала на газ. Стрелка тахометра поползла вверх. Машина рванула вперёд, подвеска застонала на кочках. В зеркале фары тоже приблизились, их свет стал ярче, агрессивнее. Они тоже прибавили.
— Совпадение исключено, — ровно констатировал Аид. Его пальцы сжали подлокотник. — Они повторяют наши манёвры. Целенаправленное преследование.
Я зло сжала зубы, губы растянулись в оскал, не имевший ничего общего с улыбкой. Моя рука потянулась к «Гюрзе», лежавшей на панели, но я остановила себя. Не сейчас. Вряд ли я смогу попасть в машину за рулём.
Внедорожник, мощный и тёмный, быстро нагонял нас. Он поравнялся с левым бортом, едва не касаясь нас. Стёкла были тонированы в ноль, но я уже не сомневалась, кто там. Бандиты Лебедева, кто же ещё. Они хотели не просто остановить — они хотели столкнуть мою машину с дороги.
— Они пытаются прижать нас к обочине, — голос Аида прозвучал обеспокоенно. — Рекомендую резко увеличить дистанцию, затем экстренное торможение перед следующим поворотом. Это может дезориентировать…
— Твои вычисления их не остановят! — рявкнул Арес с заднего сиденья. — Ева, давите их! Врежьтесь!
— Заткнись, Арес! — прошипела я, вжимаясь в сиденье. — Придержи Анну и не мешай!
Анна тихо всхлипывала, вжавшись в Ареса.
— Это из-за меня… всё из-за меня…
— Нет, — твёрдо сказал Арес, и это было одно из самых человеческих его слов за весь вечер. — Это из-за них. Я тебя не отпущу.
Я выдохнула. Воздух в лёгких казался ледяным. Я крепче обхватила руль в положении «девять и три», костяшки побелели. Всё тело стало одной напряжённой струной. И я вдавила педаль газа в пол.
Двигатель взревел, машина помчалась вперёд, ненадолго оторвавшись от преследователя. Но они не отстали. Через несколько секунд внедорожник снова был рядом, всё ближе и ближе… Его зеркало почти касалось моего.
Их фара слепила мне боковым зрением. В голове пронеслось: сейчас они толкнут. И мы полетим в канаву. Всё. Конец сказки. Никакого Сингапура. Никакого Аида. Никаких цветочков на могилу — нас явно закопают в лесу.
Внезапно меня охватила ярость — я не собиралась смиряться с поражением. Я была в ответе не только за свою жизнь, но и за чужие.
— Держитесь! — крикнула я. — Мать вашу, держитесь!
Я сделала короткий, но резкий рывок рулём влево. Мой внедорожник, послушный и верный, дёрнулся вбок. Раздался оглушительный, сухой удар металла о металл. Скрип, визг, сноп искр из-под колёс.
Тёмный внедорожник не ожидал этого. Его передняя часть клюнула влево, прямо к обочине. На мгновение показалось, что он вот-вот влетит в канаву. Я тут же плавно вернула руль, выравнивая машину, и дала по газам, пытаясь уйти вперёд, пока они приходят в себя.
В зеркале я увидела, как они ловят управление: их фары бешено метнулись, но не погасли. Наоборот, они вспыхнули с новой силой. И снова рванули за нами, набирая скорость быстрее, чем я надеялась.
Они нагнали нас через несколько сотен метров. Но теперь я была готова. Я не давала им снова поравняться, чтобы столкнуть меня. Как только их передний бампер оказывался рядом с моим задним колесом, я делала короткий, но резкий поворот руля в ту же сторону, подставляя под удар свой жёсткий задний бампер с фаркопом.
Раздавался глухой стук, скрежет металла об металл. Мою машину дёргало, но это была контролируемая потеря устойчивости — цена за то, чтобы сорвать их попытку обогнать и прижать к обочине. Я превратила свой автомобиль в ершистого, неуступчивого барана, блокирующего узкую дорогу.
— Они пытаются зайти справа! — предупредил Аид, его глаза безостановочно сканировали обстановку.
Я тут же поддала вправо, закрывая полосу.
— Ева, они не отстанут! Они попробуют проломить! — крикнул Арес, и в его голосе была ярость, смешанная с отчаянием. Он видел, что моя тактика — всего лишь отсрочка.
Он был прав. После трёх таких манёвров, когда их попытки чисто обогнать разбивались о мой «таранный» бампер, они наконец поняли правила игры. И изменили их.
Они резко отстали на десяток метров. Я на секунду подумала, что отступили. Но это была затишье перед бурей.