— Всё, понял. Сейчас займусь, — пробормотал он и бросил трубку.
Он всё ещё не выпускал меня, но я нашла силы упереться ему в грудь и с силой оттолкнуть. Он отшатнулся, на мгновение потеряв равновесие, и судорожно убрал свой член обратно в штаны. Я сползла со стола, ноги подкосились, и я едва удержалась, схватившись за спинку стула. Руки сами потянулись поправить юбку, застегнуть то, что осталось от блузки. Пальцы дрожали.
— Что с моей заявкой? — мой голос прозвучал хрипло, но твёрдо.
Он, поправляя ремень, смотрел на меня. В его глазах вновь вспыхнула злость, но теперь она была приправлена досадой.
— Пропущу, — буркнул он. — Но ты будешь послушной. Иначе я могу и забраковать в последний момент. За день до вылета, например. Поняла?
Он снова подошёл, схватил меня за подбородок и притянул к себе. Его поцелуй был долгим, властным, утверждающим.
— На презентации ты будешь моей спутницей. Моей женщиной. Это не обсуждается. Понятно?
Я нехотя кивнула, опустив глаза. Играть в покорность сейчас было единственным разумным вариантом.
— Хорошо, — он отпустил меня, и в его тоне вновь появились деловые нотки. — А сейчас мне нужно заняться работой. Помнишь моего друга-банкира, у которого чудила одна из «Афродит»? Опять проблемы. Ребята из твоего отдела уже были с технарями, но он не унимается. Поеду ублажать. Боюсь, это на все выходные — слушать его пьяный бред о том, как эта глючная дура снова разбила ему сердце.
Я молчала. Смотрела куда-то мимо него. Мне совсем не хотелось говорить о работе.
— К нашему разговору мы ещё вернёмся, — добавил он с обещанием. — Так что не скучай.
Я застегнула пиджак, пытаясь скрыть потрёпанный вид. Мы вышли из кабинета вместе — он деловито поправил рукав рубашки, я — сгорбившись, пряча лицо. Марина бросила на нас беглый взгляд из-под накрашенных ресниц, но тут же уткнулась в телефон с таким видом, будто разгадывала тайны мироздания, а не листала ленту соцсетей. Я до сих пор не понимала, почему он её ещё не уволил.
Мы спустились вместе до моего этажа. Я вышла, а потом еще долго стояла, уставившись в стальные двери лифта, в своё бледное отражение. Сердце всё ещё выбивало такт в груди, а пальцы непроизвольно сжимались и разжимались. Я не могла вернуться в кабинет в таком виде. Там уже наверняка был Аид, а я не хотела быть перед ним такой слабой и уязвимой.
Я со злостью нажала кнопку «вниз» и шагнула в только что прибывший лифт. Мне нужно было уйти. Подальше от этого здания, хотя бы ненадолго, чтобы прийти в себя. Взять контроль в свои руки.
На улице ударил в лицо осенний ветер — колючий, пронизывающий до костей. Пальто я, конечно, не взяла. Май на дворе не стоял, но мне было плевать. Пусть замёрзну. Пусть хоть это почувствую.
Я свернула от парадного входа и быстрым шагом пошла по тротуару. Люди оборачивались. Солидная дама в костюме, без верхней одежды в такую погоду — да, всё выглядело ясно: либо чокнутая, либо не в себе. Пусть думают. Думать пока никто не запрещает.
Я шла к ближайшему торговому центру, который маячил в пяти минутах ходьбы. Я старалась не думать, а только методично переставляла ноги. Голове всё ещё было сложно переварить то, что чуть не случилось со мной.
Атриум ТЦ встретил меня ярким светом, дурацкой музыкой и гомоном людей. Нормальных людей, которые покупали кофе, смеялись, таскали детей за руки. Меня от всего этого тошнило. Я прошла мимо пары магазинов, почти не глядя по сторонам, пока взгляд не упёрся в вывеску с деловым костюмом. Офисная одежда. Идеально.
С порога на меня налетела улыбчивая консультантка в строгом жилете.
— Добрый день! Чем я могу по...
— Блузка, — перебила я. — Белая. Сорок шестой размер.
Девушка нервно улыбнулась, что-то пробормотала про новую коллекцию, но я уже шла к стойкам с белым. Руки сами нашли нужный размер — мягкая хлопковая ткань, простой крой, без бантов и рюшей. То, что надо.
— Вам помочь с примеркой? — консультантка поспешила за мной
— Нет, — бросила я через плечо и зашла в ближайшую кабинку.
Дверь захлопнулась, и наступила относительная тишина. Я скинула пиджак, потом — разодранную блузку. Пуговицы отлетели ещё в кабинете Дмитрия, ткань на груди была растянута. Я скомкала её в тугой, злой комок и швырнула в угол. Потом надела новую. Ткань мягко обняла тело, посадка оказалась идеальной, низ хорошо обтянул торс. Я вздохнула — впервые за последний час что-то пошло как надо.
Я посмотрела в зеркало. Та же бледная женщина, но теперь в чистой, целой блузке. Волосы всё ещё были в беспорядке. Я провела по ним пальцами, пытаясь пригладить, но они снова встали дыбом. Чёрт.