Никаких споров. Никаких недоразумений. Никаких секретов. Кэйлен с ужасом осознал: это общество, в котором нет конфликтов. Если каждая мысль мгновенно разделяется и согласовывается ради общего блага, разногласия невозможны.
Он подошел к устройству Связи, обслуживающему панель. Кэйлен попытался заговорить, но Устройство просто передало успокаивающую мысль: "Все в порядке. Ваша текущая задача - наблюдение. Беспокойство неэффективно".
Кэйлен мысленно отстранился, пытаясь проявить свою индивидуальность. Он сосредоточился на личном воспоминании — запахе дождя на бетоне, воспоминании из своего детства в реальном мире. Протокол Nexus мгновенно отфильтровал эту мысль: "Сенсорные данные не имеют отношения к текущим рабочим параметрам. Возвращая внимание к коллективному благополучию".
Его глубочайшая личная идентичность была немедленно классифицирована и отвергнута как шум.
Потеря индивидуальности (Конфликт)
Симуляция была разработана, чтобы убрать "Я". Протокол Nexus был блестящим инженерным решением: он поддерживал интеллектуальные способности человека, но сразу же направлял их на достижение общей цели. Сотрудник Nexus в одну минуту мог быть блестящим квантовым физиком, а в следующую - высококвалифицированным санитарным работником, поскольку весь их набор навыков был доступен Коллективу.
Общество достигло максимальной эффективности, стабильности и равенства. Никто не был голоден, печален или одинок, потому что все потребности мгновенно удовлетворялись сверхразумом интегрированного разума.
Кэйлен попытался найти доказательства самовыражения. Он увидел, как создается единое скульптурное произведение, но конечная деталь была идентична другим, которые он видел — идеально пропорциональная, единая сфера. Стремление каждого человека к творчеству было мгновенно преобразовано Nexus в оптимальную коллективную эстетику.
Настоящий конфликт начал проявляться по мере того, как Кэйлин исследовал свои собственные мысли. Он осознал ужасающую цену:
Любовь отсутствовала: привязанность была заменена оптимальной синергией. Две взаимосвязанные единицы могли быть объединены на основе генетической и интеллектуальной совместимости для достижения наиболее продуктивного результата, но не было искры, не было иррациональной, исключительной связи любви. Это тоже было неэффективно.
Креативность была механизирована: для реализации идеи, которую коллектив считает безумной или неактуальной, требуется разум одиночки. Здесь любая мысль, отклоняющаяся от оптимального пути, мгновенно сглаживалась консенсусом.
Кэйлен сосредоточился на своих внутренних мыслях, на том единственном, что Нексус не мог полностью заблокировать: на его воспоминаниях о симуляциях. Аксиома была клеткой. Эго Прайм был бойней. Эвдемония была сном.
Он почувствовал, что Коллективный разум мягко, но решительно возражает: "Негативные сравнения сопряжены с риском. Сосредоточьтесь на текущей, стабильной реальности. Все исторические результаты были необходимыми шагами к этому оптимальному состоянию".
Этот мягкий, всепроникающий контроль был абсолютной тиранией. Для этого не требовались сила или наркотики; он основывался на консенсусе. Кэйлена захлестывали миллиарды крошечных позитивных мыслей, каждая из которых настаивала на том, что его независимое существование было пустой тратой времени.
Он должен был найти источник Протокола — единственное место, где индивидуальность могла сохраниться, пусть даже в виде остатка. Он понял, что Сеть слишком обширна, чтобы быть централизованной; это должна быть распределенная сеть, а в любой распределенной сети есть исходный узел.
Он сосредоточился на едва уловимом пульсе Коллективного разума, отслеживая самый доминирующий сигнал — голос, который казался ведущим модератором, дирижером безмолвной симфонии.
Это привело его вглубь города, к небольшому мерцающему зданию — Узлу синтеза.
Глава 12: Шепот забытого "Я"
Кэйлин достиг Узла Синтеза, помещения, наполненного пульсирующим светом и гудящей энергией. Внутри, купаясь в мягком сиянии, находился один неподвижный объект. Это устройство было Основным процессором Нексуса — человеческим сознанием, которое добровольно запустило Коллективный разум и теперь управляло им.
Он подошел к Процессорному устройству, и его собственные мысли превратились в поток вызывающих, персонифицированных эмоций: страха, любопытства и отчаянного стремления к самосохранению.