– Откройте эту камеру, – попросила я тюремщика. Он посмотрел на меня как на сумасшедшую, но начал рыться в ключах. Через минуту он поднял на меня взгляд и сказал:
– Ключа нет.
– Ну, раз нет, значит, будем открывать по старинке, – ответила я.
– Не сможешь, – сказал мне Яр. – Эти замки нельзя взломать.
– Да, жаль.
– Но можно сделать вот так, – сказал Кир и запустил в замок сгусток энергии.
Тот отскочил от двери и взорвался. Так, магией не получится, так как, по-видимому, это антимагические замки. Но ведь они рассчитаны на обычных магов. А не симуранов. Я запустила слабый сгусток огня в замок. Едва коснувшись двери, сгусток взорвался, выбив при этом дверь. В камере сидели двое. Мужчина лет пятидесяти и парень, наш с близнецами ровесник. Парень сразу зажёг в руке заклинание, на что я лишь хмыкнула. Он в удивлении поднял брови, и только сейчас до меня дошло, что всё это время и я, и братья, были облачены в плащи, отчего наших лиц не было видно. Но с этим я решила повременить. В камеру заглянули рыжики. В их эмоциях я прочитала удивление и непонимание. Что случилось?
– Король Веларих, принц Норенель? Что произошло? Откуда вы тут? – растерянно спросил Яр. Вот это поворот!
– Да, это мы, – ответил парень и посмотрел сначала на меня, а потом на близнецов. – А кто простите вы?
– Может быть, перейдём в гостиную, а то тут как-то мрачновато для разговоров? – предложил король Веларих.
Все с ним согласились и отправились в малую гостиную. Пока мы шли, все на нас оборачивались и шептались. В их разговоры я не вслушивалась, но было понятно, что они радуются возвращению короля и принца. Мы пришли не в ту комнату, где меня принимал король-самозванец, а в более просторную. Тут были светлые стены и несколько диванов. Нас рассадили, а слугам приказали принести чай.
– Так может быть представитесь, а то как-то неприлично разговаривать, скрывая свои лица, – сказал принц, усаживаясь на диван напротив нашего, и с интересом нас разглядывая. Сам он был блондином, но при этом с шоколадными глазами, которые не выражали презрения в нашу сторону.
Первыми сняли капюшоны близнецы.
– Я, Кировель Альм, а это мой брат, Ярин Альм, – представил брата и себя Кир.
– А кто третий? – с нескрываемым нетерпением спросил принц.
Принц Норенель
– Не третий, а третья, – ответила, по-видимому, девушка.
Она, неторопясь, сняла капюшон. Теперь перед нами сидела девушка лет восемнадцати, с глазами цвета грозового неба, прямым, аккуратным носиком и длинными русыми волосами. Заметив мой изучающий взгляд, она лишь хмыкнула и представилась:
– Линария Вульф. Остальное вам обо мне знать не нужно. И может быть, всё же расскажите, как король и наследный принц оказались в королевской тюрьме? – высказавшись, она в ожидании посмотрела сначала на меня, а потом на моего отца. Вот нахалка! Я уже хотел было сказать ей об этом, как призадумался. Недавно стражники обсуждали, как взбалмошная девчонка разделалась с десятком воинов, а потом улетела на пегасе. Да не на абы каком, а на чёрном. А они водятся только на проклятом острове. Чушь! Не может быть такого! Но пока я думал, кто эта самая Линария, заговорил мой отец.
– Да нечего особо рассказывать. Пять лет назад напали на моего сына, потом шантажом выманили меня в лес. Потом темнота. Очнулся уже в камере, а рядом сидел Кнор. Потом пустили слух, мол, король и принц пропали безвести, и на престол взошёл этот самозванец. Конец истории, – сказал он и тяжко вздохнул.
– Идём, ребят, нам тут делать больше нечего, – сказала она и, встав, отправилась к балкону.
– Стой, где мы сможем тебя найти? – спросил я.