Я записала. Джейк сидел молча, почти расслабленно. Потом вдруг спросил:
— А вашей дочери ничего не приходило по почте? Письма, подарки?
Я замерла. Откуда он знает? Я ему ничего не говорила.
Мария кивнула.
— Да, два дня назад пришло письмо и букет роз. Энни спрятала, не показывала. Если хотите — могу принести из её комнаты.
— Было бы очень полезно, — сказала я, стараясь не показать шок.
Через несколько минут мы стояли у машины с конвертом в руках. Я смотрела на Джейка.
— Откуда ты знал про письмо? — спросила тихо.
Он улыбнулся, как ни в чём не бывало.
— Просто предположил. Убийцы часто пишут жертвам. Удача.
Я не ответила. Что-то внутри кольнуло.
Вечером я хотела пораньше уйти домой — голова раскалывалась от усталости. Но у выхода из участка стоял Джейк с женщиной в форме.
— Али, знакомься — моя бывшая напарница Кэтрин. Кэтрин, это моя нынешняя — Алина, но я зову её Али.
Кэтрин улыбнулась тепло.
— Приятно, Али. Или всё-таки Алина?
— Как хочешь.
— Тогда Али, как Джейк.
— Кстати, мы с Кэтрин и Уилсоном собрались в бар — выпить, отдохнуть. Пойдёшь с нами? — предложил Джейк.
— Нет, спасибо. Я не пью, и вообще устала.
— Да ладно, Али, один разок. Нужно расслабиться после такого дня, — поддержала Кэтрин.
Они уговаривали так искренне, что я сдалась.
Мы сидели в маленьком уютном баре. Я познакомилась с Уилсоном — спокойный, нормальный парень. Кэтрин и Джейк взяли пиво, Уилсон — виски. Джейк подсел ко мне и поставил передо мной коктейль.
— Девственный мохито, — улыбнулся он. — Твой любимый.
Я замерла.
— Откуда ты знаешь?
— Ты же сама говорила по дороге к родителям. Не помнишь? — он усмехнулся. — Голова забита символами, да? — Он отстранился и продолжил шутить с Кэтрин и Уилсоном.
Я сидела, чувствуя лёгкий озноб. Он запомнил мой любимый коктейль. Просто запомнил. Или…
Ночью, ближе к полуночи, я вернулась домой. У двери была прикреплена записка и чёрная роза. Я взяла их дрожащими руками. В комнате открыла конверт.
Внутри — моё фото с выпускного в школе. Сзади надпись, написанная аккуратным почерком:
«Ты только моя. Я никому тебя не отдам. Ты прекрасна, как эта чёрная роза».
Я стояла, глядя на фото, сердце колотилось. Откуда он взял эту фотографию? Это невозможно…
Конец главы
Глава 5. Имя в тенях
Прошло три дня с того письма и фотографии.
Три дня, которые я прожила как в чужом теле.
Я стала параноиком. Каждую ночь проверяла замки дважды, трижды — крутила ключ, дёргала ручку, прислушивалась. Закрывала окна на все шпингалеты, даже те, что никогда не открывала. Пистолет теперь лежал на тумбочке у кровати — заряженный, холодный, как напоминание: я не беспомощна.
Но сон не приходил. Каждый шорох за дверью казался шагом. Каждый скрип половицы — дыханием за спиной. Я лежала, глядя в потолок, и повторяла себе: «Это просто извращенец. Или маньяк решил, что я следующая. Но я поймаю его. Я должна».
А днём меня пожирали символы.
Я заметила это ещё на второй день: все жертвы похожи на меня. Чёрные волосы, молодые, глаза… почти как у меня, только у меня коричневые. Пять жертв. Пять символов. Я часами сидела над фотографиями, перекладывала их, пыталась сложить в голове. Это было послание. Я чувствовала. Но расшифровать не могла.
Мысли крутились, как заезженная пластинка. Я не замечала, как время уходит. Не замечала, как глаза слипаются.
И вот я уснула прямо в офисе. Голова на сложенных руках, блокнот под щекой, ручка выпала из пальцев. Свет настольной лампы бил в лицо, но я уже ничего не видела.
— Али!
Голос Джейка пробился сквозь сон, как удар.
Он ударил ладонью по столу — не сильно, но резко.
Я дёрнулась, проснулась, сердце заколотилось в горле. Голова гудела, как после удара. Перед глазами всё плыло. В горле стоял ком.
Джейк стоял напротив. Улыбался, но в глазах была тревога — настоящая, глубокая.
— Ты уже третий день ходишь как зомби. Неужели эти символы тебя едят по кусочкам?
Я выдохнула. Раздражение вспыхнуло, но я задавила его.
— Ничего такого. Не волнуйся, — отмахнулась я и откинулась на спинку кресла, закрыв глаза.
Он подошёл ближе. Наклонился. Я почувствовала запах его одеколона — свежий, чуть древесный, слишком близко.
— Али, — голос стал серьёзным, почти шёпотом. — Если тебя что-то беспокоит, скажи. Я твой напарник. Что случилось?
Я открыла глаза. Он был так близко, что я видела зелёные искры в его радужке.
— Просто… какой-то сумасшедший прислал мне моё фото с выпускного. Или это розыгрыш. Поймаю — надеру ему задницу, — сказала я с раздражением и снова закрыла глаза. Вот бы нормально отдохнуть.