— Откуда ты знаешь? — спросила я.
Он улыбнулся — мягко, почти виновато.
— Я слушаю тебя. Ты однажды упомянула.
Я кивнула.
Ужин прошёл спокойно.
Мы говорили о работе, о погоде, о мелочах.
Но я чувствовала: он смотрит на меня не как напарник.
Он смотрит как мужчина, который хочет большего.
После ужина мы шли по парку.
Небо было тёмным, но дождь только начинался — лёгкий, тёплый.
Мои волосы быстро стали мокрыми, прилипли к лицу.
Джейк снял свитер и накинул мне на плечи.
Он улыбнулся — так искренне, так счастливо, будто был на седьмом небе.
— Джейк, скажи, для чего ты это всё делаешь? — наконец спросила я, останавливаясь.
Он замер.
Дождь усилился.
Волосы прилипли к его лбу, капли стекали по щекам.
Он шагнул ближе.
Положил лоб к моему лбу.
Одной рукой взял меня за щёку, большим пальцем медленно погладил кожу.
Я чувствовала его дыхание — тёплое, близкое.
Он закрыл глаза.
— Потому что я люблю тебя, Алина.
Я влюбился в тебя с первого взгляда. С того момента, как увидел тебя.
Я готов отдать весь мир.
И готов убить любого, кто обидит тебя.
Он наклонился и поцеловал меня.
Поцелуй был нежным, но настойчивым.
Дождь стекал по нашим лицам, смешиваясь с теплом губ.
Когда мы отстранились, я отступила назад.
Опустила голову.
— Прости… — прошептала я. — Я не готова к отношениям.
Ты хороший парень. Но ты мне как друг. Как хороший напарник.
Я не могу ответить взаимностью. Прости.
Я сняла его свитер, протянула ему.
Он взял, но не надел. Просто стоял и смотрел.
Я развернулась и пошла прочь — быстро, почти бегом.
Дождь хлестал по лицу.
Я не обернулась.
Прошло два дня.
Мне дали выходные — я взяла больничный после всего стресса.
Джейк не писал. Не звонил. Не приходил.
Я даже удивилась — он всегда был рядом.
После обеда я пошла в магазин.
Вернулась с пакетами, зашла на кухню, начала разбирать продукты.
И вдруг почувствовала — за спиной кто-то стоит.
Я обернулась.
Там стоял Джейк.
В чёрной толстовке с капюшоном и штанах.
На лице — маска, закрывающая половину лица.
Я открыла рот, чтобы закричать.
Он шагнул вперёд и закрыл мне рот рукой.
Другой рукой прижал меня к стене.
Я вырвалась, ударила его ногой по колену.
Он пошатнулся, но не отпустил.
— Джейк! — выдохнула я, когда он убрал руку. — Что с тобой?! Ты меня пугаешь!
Он не ответил.
Просто смотрел — глазами из-под маски.
И в этих глазах не было ничего от того Джейка, которого я знала.
Я рванулась к лестнице, побежала наверх, ища пистолет.
Резкий удар по голове.
Темнота.
Конец главы
Глава 8. Пробуждение
Голова раскалывалась — будто кто-то бил по вискам молотком, медленно, размеренно, наслаждаясь каждым ударом.
В ушах звенело — высокий, бесконечный звон, как будто я оказалась внутри огромного колокола, который бьют без остановки.
Глаза открылись медленно, ресницы слиплись от пота или слёз — не поняла.
Я попыталась вдохнуть — рот был заткнут кляпом, тряпка пропитана чем-то горьким, металлическим.
Дышать можно было только носом — коротко, рвано, через боль.
Руки связаны за спиной — верёвки грубые, впиваются в кожу запястий, каждый дёрг — новая вспышка боли.
Ноги привязаны к ножкам стула — туго, не пошевелиться.
Я дёрнулась — стул скрипнул, но не сдвинулся ни на сантиметр.
Комната была старой — бетонные стены, облупившаяся краска, маленькое окошко забито досками.
По углам и на полу горели десятки свечей — воск капал на пол, пламя дрожало, бросая тени на стены.
А на стенах…
Фотографии.
Сотни.
Мои фотографии.
Нет… не мои.
Девушка, похожая на меня до дрожи: те же чёрные волосы, те же глаза, та же улыбка.
Она смеялась на фоне озера, танцевала в парке, спала на кровати, плакала в подушку.
Некоторые снимки были сделаны тайком — через окно, из-за угла, ночью.
На одном — она спит, а рядом лежит мишка с синим бантом.
Я почувствовала, как внутри всё холодеет.
Злость.
Страх.
Предательство.
Ненависть.
Как же я дура.
Это был он.
Всё это время — он.
Дверь скрипнула — тихо, почти ласково.
Вошёл Джейк.
В чёрной толстовке с капюшоном.
Маска на половину лица — только глаза видны.
Но эти глаза…
Они были не теми.
Не яркими.
Не добрыми.
Не спокойными.
Не искренними.
Они были пустыми.
Бездушными.
Немного безумными.