- А ты хочешь, чтобы она смогла найти символы власти? – спросила Солана в упор, что вызвало у короля вспышку гнева.
- Нет, поэтому я и хочу от нее избавиться, - резко ответил он.
- Тогда их найдет кто-то другой, - ответил ему Геллатроп.
- Или я просто снесу ваш замок, - предположил Корунд.
Туман вокруг них вдруг стал плотнее, и откуда-то появился ветер. Корунд вздрогнул, бросив нервный взгляд в сторону.
- Если ты будешь пытаться продолжать давить нас как крыс, мы будем становиться все плотнее и осязаемее, - тихим вкрадчивым голосом сказал старый король. – Чем больше у нас оснований проявляться, тем ощутимей мы станем. Помни, что тот основной среди живущих, кто представляет для тебя опасность, позволил тебе остаться у власти считая, что это лучше отвечает нынешнему положению дел. Но это не значит, что его мнение не может поменяться. Так что единственное, что ты можешь сделать, молодой человек, это править достойно и не давать повода к страданиям нашего рода.
Ветер вокруг завывал, и никто более ничего не произносил. Корунд думал, пытался собраться с мыслями. Его злило бессилие и то, что его к чему-то принуждали. Вынужденность слушать их.
Могли ли они причинить ему реальный вред? Разум подсказывал, что нет, а ощущения – что да. Эта двойственность, ведущая к неуверенности, невероятно раздражала.
Стоило ли проверять?
- Почему вы вылезли только сейчас? – поинтересовался он с подозрением. – И где были, когда я подчинял вашу страну?
- Наша история уходит в тысячелетия, мы не ориентируемся на десять лет или сто. Мы падали и поднимались, и вернемся к власти вновь. Возможно, ваши действия поспособствуют этому, - сказал Балдрон.
- Но в любом случае, если станешь продолжать в том же духе, правление твое будет проклято, - продолжила Солана без какой-либо угрозы в тоне. – Ты не оставишь после себя ничего. И сразу после твоей смерти имя твое будет забыто. Наши наследники об этом позаботятся. И мы об этом позаботимся.
Корунд хотел бы ей что-то ответить, но она так уверенно, и при этом совершенно равнодушно, как будто об уже случившемся факте, говорила, что он даже не нашел, что возразить.
И испугался. Испугался, что они видят гораздо дальше, чем он.
В судьбу как таковую Корунд не верил. До недавних пор, когда стал ощущать постоянное противодействие событий. Или это были лишь люди? Он привык всегда полагаться на разум и поддаваться сомнениям и страху, тем более из-за мистических призраков, было не в его стиле. Он был готов рискнуть собой, но…
Но в этом риске не было величия. Если он здесь умрет, то просто скончается во сне. Бесславная участь.
Как долго они могли держать его здесь?
И что значит будущее? Насколько оно значимо для него? Что будет после него?
Готов ли он…?
Решение он принял. Или скорее поддался ему. Даже не пришлось его озвучивать, они все поняли сами.
Туман закрутился сильнее, Корунд открыл рот, но оказался нем.
Он проснулся в холодном поту и подскочил на кровати.
Перед ним в свете луны стоял граф Моха. У Корунда неприятно зашевелились волосы на затылке.
- Я вас прощаю. В покое вечности вся истина открылась мне. Пожалуй, нет того, что при должной степени усилий и желания не может быть прощено. Если это как-то поможет вам развеять ваши сомнения и наконец выйти на правильную дорогу, знайте, что и ваш отец вас простил.
Балдрон растворился. А король впервые в жизни заплакал.
Конец.
Конец