Самое главное, в сердце своем и в голове Кадлер не оставила прошлое, все еще не жила. И жить могла начать, видимо, лишь там, в Сердцевине, оборвав окончательно все связи.
Вечером перед ужином брат пригласил ее прогуляться в семейном лесу. Кадлер согласилась. Гуляя среди деревьев, она с трудом узнавала его. Без волшебных созданий он постепенно стал совсем обычным лесом, рос, как ему вздумается. Красивый, но брошенный. Одинокий.
- Что тебя тревожит? – спросил Тарлек.
- Среди прочего? – усмехнулась Кадлер.
- Больше всего.
- Бал. Вся будущая ложь. И реализация вашего плана.
- Готовишься к встрече с Корундом?
- А есть выбор?
Тарлек пожал плечами и отвел взгляд. Осознание отсутствия контроля ни на миг не становилось легче для него.
Кадлер замялась. Она старалась избегать представлений о том, как это будет.
- Надеюсь, вы мне поможете. Боюсь, я опять застыну, как только увижу его.
- Ну… отрепетируй это. И собери волю в кулак, - Тарлек хотел еще что-то сказать, но не закончил, и Кадлер вдруг поняла, что сильнее всего ее тревожило в брате.
С каждым годом он все больше учился у Бельгора. Кадлер не сомневалась, что Тарлек действовал бы ей только на пользу, но граф научился быть хитрым. Закрытым. Светским. Даже если внутри оставался собой. Он переломил себя. Научился врать и изображать из себя кого-то. Кадлер с трудом могла в это поверить.
Как? Как ее открытый, честный и вольный брат, стал таким?
Ждала ли ее такая же судьба, останься она здесь? Кадлер не хотелось думать так, но одна единственная фраза машинально шла на ум. Их всех постепенно ломали.
Ей хотелось спросить, как брат справляется, как чувствует себя, но она боялась услышать ответ. Боялась, что ответ ей не понравится. Боялась, что знает его. Они еще некоторое время прогуливались, болтая ни о чем, иногда даже шутили, затем вернулись к семейному ужину. Он прошел на удивление тепло, и у Кадлер немного отлегло от сердца. Словно все было по-старому.
Следующие дни прошли в нервном приготовлении к балу. Пока другие выпускники взволнованно предвкушали, Кадлер с трудом удерживалась от паники.
- Да ладно тебе, – сказала Амазония, когда они вышли от портнихи после последней сверки. – Ты тогда была маленькая, а сейчас взрослая. Все будет хорошо.
- Не уверена, что что-то изменилось, - Кадлер с дрожью вспомнила тот единственный бал во дворце.
- Мы будем с тобой.
«Но не каждую секунду». Рано или поздно им с королем придется поговорить.
- Ты собираешься побеседовать с телевизионщиками? – спросила Кадлер.
- Посмотрим. Но мне уже назначили беседу в министерстве касательно дальнейшей службы.
- Здорово. Быстро они, - без особого энтузиазма заметила Кадлер.
- Да, это из-за ажиотажа, - Амазония продолжала говорить, со сдерживаемым восторгом, но Кадлер мыслями была на предстоящем балу и ничего не могла с собой поделать.
Каждый находил свое место. Найдет ли она?
В день бала Кадлер так разнервничалась, что служанкам пришлось во всем ей помогать. Тарлек обещал ожидать мать и сестру во дворце. Даже Улиу приехал на бал вместе с виконтом Жадой.
Графиня, пока они все ехали в электромобиле, который она недавно приобрела, вдруг положила свою ладонь на руки Кадлер, которые та беспрестанно терла.
- Все будет отлично. Я знаю, о чем ты переживаешь. Но мы в любом случае на твоей стороне, - мать на удивление мягко ей улыбнулась.
- Даже если это собьет тебе планы? – с нервной усмешкой уточнила Кадлер.
- Какие планы? Мои планы состоят в том, чтобы содействовать твоему благополучию. Я не наврежу тебе ни за какие сокровища мира, - Калани сжала ее руки, и Кадлер захотелось заплакать. Она искренне старалась в это верить. Но так боялась случая.
Кадлер положила голову матери на плечо и закрыла глаза.