- И как мне сделать так, чтобы он во мне разуверился?
- Боюсь, что никак. Дело не в вас. Дело в том, как он вас представляет. И чем лучше вы будете следовать его плану, служить ему, тем сильнее его уверенность будет расти.
- По сути, у меня нет выбора. А мои… моя мать?
- Она сделает для вас все. Но… события могут выстраиваться по-разному. Может так статься, что у вас не останется выбора, даже не потому, что Корунд станет делать что-то специально, а потому что… у короля феноменальное чутье, и ему несомненно сопутствует удача.
- Я смогу найти артефакты? – уже с каким-то смирением спросила Кадлер.
- Да, - определенно ответил Ингуссалир.
- Вы не сомневаетесь.
- Все силы рода будут брошены на это, - подтвердил маг.
- Какой королевой я стану? – Кадлер самой не верилось, что она это спрашивает.
- Именно потому, что у вас нет понимания, я и не рекомендовал бы начинать.
- В истории полно правителей, которые совершенно не соответствуют этой роли, - пробурчала Космина.
- Но мы же не хотим следовать этой дорогой, мы хотим как лучше, - сказал Цихан.
- Благими намерениями стелется дорога в известное место, - напомнила Амазония.
- Что лишь подтверждает то, что я сказал. Почти всякому деятелю под конец самому уйти трудно, а по пути растеряешь всего себя. Хорошая власть, по сути – это лишь способ избегать чужого злоупотребления. Люди почти не выносят свободы. Ярмо зачастую им дороже. Возможно, такова ловушка инстинкта самосохранения. Каждый думает, что отдай он часть прав, его не тронут. Это никому никогда не помогало, но все продолжают надеяться. Кстати, и с любовью то же. Когда нет никого особенного, на мнение которого нам не все равно, мы страдаем и ищем такового, а когда находим – страдаем от того, что нам не все равно.
- Поэтому вы и предпочитаете оставаться здесь в одиночестве? – спросила Кадлер.
- Я чувствую себя одиноким всегда: среди людей - потому что я маг, а они нет, среди магов - потому что я человек, а они нет. У меня больше нет дома, я потерял его, потому что слишком сильно отличался. Мне пришлось обойти всю землю, чтобы найти свое место, но я так его и не нашел. По-настоящему мне близка только моя сестра. Мои родители вели себя отстраненно от рода, потому что мы, видите ли, наследовали магию. Кто-то среди наших нам завидовал. Да и я человек не особенно компанейский, за мной следуют, но я ни с кем не могу найти духовной близости. Порой мне кажется, что я несу на себе бремя всего рода. Оно не такое, какое пришлось нести вашей семье, особенно вашему отцу, но я как будто отвечаю одновременно здесь и сейчас и на земле, и там, в благом мире. Ныне живущие ответят перед предками после смерти, но все же они были простыми людьми. А мне дано сверх меры, и я вовремя не осознал угрозы. И даже сейчас мне не хватает мудрости, чтобы сказать, как вам было бы лучше поступить. Одна моя часть требует отмщения, как и вы, свергнуть узурпатора. Другая, следующая логике исторического процесса, полагает, что во благо человечества лучше было бы оставить его в покое. В конце концов, предки мстят за то, что их наследие было утеряно, они не так чтобы беспокоятся о живых. А третья… просто запутавшийся человек, который жалеет вас. Вам выпала участь пострашнее моей. Меня наделили даром без моего спроса, а вы… ваш выбор определит будущее этой земли.
Кадлер всю вдруг затрясло, слезы против воли полились у нее по щекам, и она разрыдалась.
- Простите, что я не могу вам помочь, - с сожалением сказал Ингуссалир. – Мы все в ловушке ситуации, и каждый из нас – все новый и новый ключ-попытка решения этой катастрофы. Поэтому, возможно, лучшим исходом для вас стало бы прекращение этой истории. Старайтесь уехать. Проживите спокойную и счастливую жизнь вдали от этого места упадка. Вы ничего в нем не обретете, и никаких плодов он вам не даст. Я знаю, что вы не сможете забыть. Но постарайтесь простить. И вашу семью, и короля, и себя.