Кадлер открыла рот, но так ничего и не сказала, потому что ничего безвредного подобрать не получалось, и вдруг с неприятным удивлением догадалась, что все, что она могла сказать, Корунд итак уже знал.
Пусть сочтет ее трусихой. Плевать.
Однако Корунд лишь улыбнулся, спокойно и уверенно.
- Празднуйте. Нам все равно предстоит беседа.
Это прозвучало как приговор.
Пока Кадлер спешно летела через зал к семье, заметила, что почти не дышала. Все тело натянулось как тетива.
- Мне нужно уйти, - задыхаясь, прошептала она всем родным сразу.
Тарлек помог ей выйти из толпы, и остаток награждения Кадлер пропустила.
Никто ее не обвинял, брат выслушал ее поток сознания, когда они присели на балконе.
После официальной части начался настоящий бал: танцы – об этом возвестила музыка. Брат предложил вернуться в зал. Кадлер нехотя согласилась. В этот раз она была бы не против потанцевать, но слишком переволновалась, и чувствовала, что не способна более к какому-либо усилию.
Им нужно поговорить… о службе? О браке? Как он поведет этот диалог? Станет ли давить? Позволит ли ей уехать?
Даже если она уедет – как ей устроиться на новом месте? Жить отдельно от матери и брата она научилась, но уехать навсегда… Еще и заниматься придется тем, что она не выбирала. Как она справится с этим, это явно не ее стезя?
И в чем она – ее стезя?
И тут в голове Кадлер неожиданно всплыло видение, которое она получила от эльфийской королевы-матери.
Носить корону? Но Кадлер могла добиться этого – она поежилась – только выйдя за короля. Да и к тому же, к власти она никогда не стремилась. Даже представить себя правительницей не могла.
Или не пыталась? Ведь королева в видении была без короля.
От пришедшей мысли Кадлер нахмурилась. Ну, нет! Такие крамольные размышления дорогого им стоили.
- Мы идем? – спросил тем временем Тарлек.
- Да, - вздохнула Кадлер и последовала за братом.
Проводить весь вечер, утешая ее, было бы слишком несправедливым времяпрепровождением для семьи, и Кадлер все-таки постаралась убедить их, что ей весело. По крайней мере, пока они были рядом.
Когда к ней подошла Амазония, с не менее упавшим духом, они поделились переживаниями, сев в сторонке. Кажется, одной только Космине было по-настоящему радостно, она кружилась то с одним, то с другим кавалером. Удивительно непринужденно. Азуры все-таки появились на мероприятии, но Кадлер ни разу не увидела подругу рядом с ними.
Две девушки сидели в молчании, которое глушилось музыкой, смехом кружащейся массы в нарядных платьях, огнями.
- Мне кажется, мы так теряем время, - наконец сказала Амазония. – Нельзя ведь постоянно находиться в таком состоянии. Тем более что это наш день.
Она сказала это вынужденно, и Кадлер вынужденно кивнула.
- Пойди потанцуй, - предложила она.
- Это твоя прерогатива, - парировала Амазония.
- У меня нет сил, ты знаешь… я воспринимаю это как конвульсии перед концом.
- Если уж на то пошло, это скорее последний радостный момент.
- В том то и дело, - Кадлер опустила голову.
- Кадлер!
- Слушай! - резко сказала она. - Мне либо предстоит бой, либо разрыв всех связей. С семьей.
- С семьей нельзя оборвать связь.
- Да ладно? Я либо вообще не смогу сюда приезжать, либо не пойми в каком порядке. Когда? А может статься, что я вообще их больше никогда не увижу.
- Значит, не такие уж и крепкие связи, - хмуро ответила Амазония.
Кадлер с удивлением посмотрела на подругу.
- Если семья… если крепкая, вы все преодолеете. А если нет… ну, к сожалению, семья не всегда отвечает нам. И не всегда любит нас. Не мы ее выбираем. И не всегда нужны там, где мы есть. Чаще всего, мы и вовсе нигде не нужны, - затараторила Амазония, и Кадлер выслушала ее молча, сдвинув брови.
- Да, но моя… - после этого сказала она, - они действуют… пытаются действовать как лучше.
- И в чем тогда проблема?
Кадлер вздохнула.
- В том, что никто не знает, как лучше. И я боюсь, что они и не смогут сделать, как хотят, даже если думают, что знают, как лучше. А я должна просто сидеть и… надеяться… полагаться…