- О чем ты говоришь?
Геопал проигнорировал это.
- Я думаю, ты догадываешься, что там везде шпионы. Так вот страшнее всех моя сестра. Она сейчас буквально одержима идеей наблюдения за замком и сама стала часто там бывать. После смерти королевы Лабрина сама не своя. Она следит за тем, что ты вернулась в Асфирь. К твоему дому приставлен регулярный наблюдатель. Она нервничает, и тем нервирует короля. Не знаю, что ты делаешь, но прошу тебя прекратить. Хорошим это не закончится.
Кадлер лихорадочно размышляла, и последние слова немного ее разозлили.
- Я бывала там всего пару раз, когда умерла королева, с чего ей взбрело в голову следить за мной из-за этого?
- Это не правда. Она знает, что ты ездишь туда под различными предлогами, знает про посещение Лимоха, и что, скорее всего, это связано с изменениями замка.
- Я… – нахмурилась Кадлер, поймав себя за язык. - С какими изменениями?
Геопал раздраженно сдвинул брови.
- Кадлер, не делай из нас обоих дураков.
- Я понятия не имею, о чем речь! – оскорбленно ответила она.
- Да? - Геопал продолжал хмуриться, изучая ее лицо, пытался понять, врет ли она.
Но Кадлер научилась лгать. Тафет едва слышно вздохнул, разочарованно опустил голову. Ее это почему-то разозлило.
- Что бы там ни было, Лабрина знает, что ты общаешься с помощницей директора, вас видели вместе. Как ты понимаешь, королю будет достаточно намека…
- На что она ему намекает? – тут же спросила Кадлер.
- Пока ни на что. Лабрина хочет узнать, что ты задумала, прежде чем донести на тебя. И верит, что дело может иметь магический характер. Смотри сама. Прежней дружбы между нами нет, но я здесь, потому что беспокоюсь за свою сестру. Твои выходки на всех сказываются не лучшим образом.
Кадлер резко встала и бросилась в сторону от него, отворачиваясь:
- Если твоя сестра не справляется с эмоциями, я здесь причем?
Не стоило ей, конечно, так себя вести. Это было глупо и невежливо. Да и опасно. Но Кадлер в моменте не справилась с собой. Ужас ситуации обуял ее.
- При том, что она метит в королевы, и в ее сознании ты ей мешаешь, - терпеливо пояснил Геопал, тоже вставая. - Не боишься сестры, побойся короля.
- Я думала, ты предупредить приехал, а не угрожать, - Кадлер нервно оглянулась.
- Я предупредил. Так, чтобы ты поняла.
Кадлер невольно обняла себя руками. Геопал больше не произнес ни слова, задержался на пару мгновений, затем попрощался и ушел. Кадлер к нему не обернулась.
Это был провал. В первый миг Кадлер показалось, что крыша рухнет ей на голову. Это конец. Ее раскроют! Казнят! К ней медленно подкрадывалась истерика, и Кадлер метнулась к себе в комнату, чтобы спрятаться, когда начался приступ паники.
«С символами власти должно быть покончено, покончено!» - казалось, только это могло спасти ее.
И правда. Она должна остановиться, и тогда оснований к обвинениям не будет. Да. Остановиться.
Кадлер невольно подумала о Космине. Та придумала бы безумный выход.
Где она? Как она? Узнал ли король уже про ее отъезд? Нет, Кадлер, наверное, уже бы вызвали на допрос.
Нервы все следующие дни были натянуты как струны, каждый раз выходя из дома, она с подозрением оглядывалась, выискивая злосчастного шпиона, а по служебным делам то без причины впадала в гнев, то в слезы. Калани сама из-за этого находилась в раздраженном состоянии, она надеялась, что поездка поможет дочери отвлечься и расслабиться. По первости так и выглядело, а на деле оказалось, что нет.
Кадлер понимала, что так жить нельзя, все это мешало реализации плана матери, конструктивному началу диалога с королем, создавало нездоровую обстановку в казначействе и проблемы их облику, так что нужно было уже определиться и принять окончательное решение.
Чтобы прояснить ситуацию, она позвонила Раэрент.
- Да, Лабрина действительно зачастила, пока вас не было, - призналась пикси. – Все время почти проводит в комнате Соланы. И состояние ее мне не нравится. Вся как-то побелела и похудела. Я думаю, все дело в чувстве вины, в том, как она относилась к королеве.